Разоблаченный рыцарь полностью

И в тот момент, когда Агнес настигла его, он мягко обхватил ее талию руками, останавливая.

— Моя мышка Уокер. — Парень игриво улыбнулся и потерся кончиком носа об ее нос.

— Это тебя не спасет, — прищурилась девушка, но улыбка сама собой возникла на ее губах.

Марк редко позволял себе быть таким нежным, и она упивалась этим редким мгновением близости.

Словно он — ее.

По-настоящему, целиком принадлежит одной ей.

Будто между ними больше нет запретов и препятствий из непониманий, ревности, обид и жестокости.

Горло сдавило от эмоций. Агнес обернула руки вокруг шеи парня и крепко обняла.

— Чем сильнее я пытаюсь тебя удержать, тем больше теряю, — прошептала девушка, сморгнув слезы.

Сердце Марка забилось чаще. Он ощутил, как резко стало тесно в груди. Прилив нежности был таким неожиданным и… болезненным. Парень опустошал и при этом наполнял каждую клеточку тела теплом, которым ему нестерпимо захотелось поделиться с Агнес. В последнее время он чувствовал это часто — желание разделить с ней самое сокровенное. Ему хотелось провести пальцами по каждому дюйму ее кожи, заставить улыбаться. Хотелось, чтобы она отпустила всю свою боль.

Стаймест наклонился и нежно поцеловал Уокер в уголок губ. Ему в голову пришла мысль, от которой сердце заныло. Он хотел, чтобы она наконец поняла: их сон стал реальностью.

— Детка, закрой глаза.

Агнес прикрыла веки, и Марк поцеловал их, а потом наклонился к ее уху, шепча:

— …Слышишь, чьи-то шаги за спиной и руки, обнимающие тебя…

Те же самые слова, что он говорил ей в день, который позволил увидеть друг в друге не только врагов…

Девушка затаила дыхание, когда он мягко заскользил руками по ее спине, лаская с такой нежностью, что ее пробрало до мурашек.

— Ты смеешься и прыгаешь ко мне в объятия. Я тяну тебя в воду. Это мы с тобой уже выполнили, — прошептал парень игриво.

Марк помнил… Этот день имел для него то же значение, что и для нее. Пульс Агнес забился, как ненормальный.

— Я беру тебя за руку. — Он в подтверждении своих слов сжал ее маленькую ладонь в своей.

Девушка открыла глаза. Она помнила, что в тот раз после этих слов Стаймест ушел в себя, закрылся от нее.

— Потом… — Марк не сомневался. Парень приподнял Агнес так, чтобы та обхватила его торс ногами, и подхватил под бедра. — Он сказал ей очень важную вещь.

Девушка нежно скользнула ладонью по его щеке. Ее сердце колотилось с такой силой, словно намеревалось выбить ребра и вырваться наружу.

— Ты делаешь из меня человека, которым я хочу быть.

Я люблю тебя, Агнес. Так сильно люблю, что мне больно.

— Я хочу быть рядом с тобой. Хочу, чтобы все твои чувства — от любви и ранящей ненависти — принадлежали мне одному, — произнес он тихо и коснулся ее губ своими. Обжигая, оскверняя, исцеляя. Агнес ответила на поцелуй. Ее губы были мягкими и солеными от слез.

Марку нравился этот вкус. Соли. Металла. Боли. Он легонько укусил девушку за нижнюю губу, зарываясь пальцами в ее мокрые волосы. Прижался лбом к ее лбу. Разделяя с ней дыхание.

Тебе не повезло.

Моя любовь — это проклятье.

Мы оба попались в ловушку, мышка Уокер.

Сара вышла из школы в окружении двух девушек. Они о чем-то увлеченно болтали, а затем покинули ее. Алекс хотел подойти к ней, считая этот момент удобным, как вдруг Сара помахала кому-то рукой. Через пару мгновений к девушке подошел какой-то стройный блондин. По внешнему виду он выглядел не старше ее. Вероятно, они учились в одном классе.

«Чувствую себя сталкером в типичной подростковой драме», — с досадой думал Алекс, выглядывая из-за дерева.

Блондин улыбнулся Саре и осторожно приобнял за талию.

Алекс не слышал слов, но ему хватало и этой безмолвной картины.

«Просто одноклассник, друг, приятель, товарищ…Спокойно. Обычный знакомый…Мать вашу, он собирается ее поцеловать?!»

Парень погладил девушку по щеке и наклонился для поцелуя, но Алекс мгновенно подбежал к ним, как в какой-то комедии, разъяренно отталкивая его от Сары.

— Алекс?! — Она смотрела на него расширенными от удивления глазами.

— Ты кто такой? — Блондин нахмурится, а Алекс ощутил всю комичность ситуации.

«Что я творю… Нет, все верно. Я не мог допустить, чтобы он поцеловал ее. Сара же любит меня. Так почему она позволяет ему касаться себя, обнимать?»

— Я Алекс, — произнес он, не отводя взгляда от девушки.

— Ясно, а я ее лучший друг, — надменно бросил мальчишка, что вызвало приступ гнева внутри Алекса. Кто этот жалкий сопляк? Ему сколько, шестнадцать?

— Ты со всеми «друзьями» в губы целуешься? — Алекс схватил Сару за плечо.

— Это не твое дело, — спокойно отозвалась она, хмуря брови и косясь на его руку.

— Странно, что я был лишен такой привилегии, — тихо прорычал парень.

— Не понимаю, чего ты сейчас добиваешься, Алекс, — невозмутимо ответила девушка, хотя сердце в груди отчаянно билось.

— Слушай, свали отсюда, — проворчал блондин, смотря на Алекса.