Он резко сжал ее за запястья, намереваясь увести из помещения. Девушка в истерике отбивалась, со слезами на глазах смотря на связанного Дерека. Это был неравноценный обмен… Черт побери, нельзя просто так похитить и пытать человека! Это ненормально, немыслимо!
Дерек в отчаянии дернулся, уловив ее печальный взгляд. Она закрыла глаза. Нет, Агнес не любила его. Нет, не простила. Да, ненавидела. Но она не могла допустить, чтобы Марк причинил ему вред. Не из-за Дерева, разумеется. А ради самого же Марка. Ради того Марка, который сделал ее самой несчастной и самой счастливой за последние месяцы. И которого она по-настоящему, всем своим сердцем полюбила.
— Отпусти меня! — Девушка силой вырвала руку и, к удивлению Стайместа, ожидающего пощечины или истерики, ласково обхватила его лицо холодными ладошками.
С губ парня сорвалось сдавленное рычание. В затуманенных глазах читались бешенство и жуткая, высасывающая боль. Много боли. Он тонул в ней.
— Прости, Марк, но я должна была это сделать, — прошептала Агнес, нежно поглаживая парня по щеке.
— Ты о чем? — не понял он, как вдруг вой полицейской сирены оглушил Стайместа.
Черт возьми. Она не могла так поступить.
— Я сдала запись с камер наблюдения полиции, и его сейчас арестуют. Будет лучше, если мы уйдем, — виновато произнесла Агнес.
— Ты… ты… — Марк злобно посмотрел на нее, но девушка схватила его за руку, и они убежали из помещения через черный ход, пока полиция арестовывала Дерека.
Главное, думала, Агнес, что она смогла остановить Марка. И плевать, какой ценой. В данном случае это было единственным выходом. Уокер не жалела.
Они вошли в его пустую квартиру. Сара сегодня осталась ночевать у подруги.
Молчание.
Тяжелое.
Агнес ощущала эту гнетущую атмосферу, которая повисла между ними.
Марк был зол сейчас до безобразия, убийственная ярость все еще кипела в каждом нерве. Девушка внимательно посмотрела на парня, замечая окровавленные костяшки пальцев. Вздохнув, она ушла на кухню и вскоре вернулась, притащив с собой аптечку, наполненную всевозможными медикаментами.
— Я не нуждаюсь в твоей помощи, — грубо произнес Марк, когда Агнес опустилась перед ним на коленки, начав осторожно обрабатывать его израненные руки.
Уокер проигнорировала его едкое замечание. Он даже не дернулся, когда на рану полилась перекись водорода. Агнес аккуратно подула на ссадину, стараясь уменьшить боль.
— Я знаю, что ты злишься на меня, — шмыгнула она носом, не прекращая своих действий, но парень грубо выдернул свои руки из ладошек.
— Как проницательно, мать твою. Сама догадалась или подсказали? — огрызнулся он.
Стаймест сильно сжал зубы, стараясь приглушить злость, но ему нужно было избавиться от прилива адреналина. Раз естественным занятием она не позволила ему это сделать… Теперь он весьма справедливо обрушится на нее.
— Марк, ты был не в себе. Полиция его накажет. Закон…
— Какой, сука, закон, ты в своем уме? Мы в ДАНВЕРСЕ! — гневно прервал ее парень, взрываясь от злости. — Этот ублюдок посмел поджечь мой клуб! Место, которое было моим вторым домом. Он уничтожил пристанище «Драконов». А ты… Ты посмела помешать мне. — Он прищурился, но Агнес ощущала дьявольскую силу его ненависти, направленную на себя. — Приняв сторону этого мерзавца. Будто имеешь право так поступать.
— Ты же понимаешь, что я не могла поступить иначе. Я сделала это не ради Дерека… Я хотела помочь тебе… — Девушка мягко тронула его за плечо, но Марк презрительно отбросил ее руку, оттолкнул от себя, словно любой контакт с ней был ему противен.
— Я тебя просил об этом? — выплюнул он. — Не надо меня спасать! Ты меня спрашивала — хочу ли я, чтобы ты меня, мать твою, спасала?! Мне не нужно это!
— Марк, я думала, так будет лучше…
— Да плевал я на твои побуждения, Уокер! — закричал парень, заставив Агнес сжаться в комок. — Ты не можешь вмешиваться, черт бы тебя побрал, в мои дела! Я тебя уже предупреждал! Держись от дел моих «Драконов» подальше, мать твою!
Девушка вздрогнула от его резкого тона, ощущая себя уничтоженной и одинокой в этот момент.
— Кажется, ты слишком много о себе возомнила, Агнес. Знай свое чертово место. То, что ты стала моей девушкой, не дает тебе права лезть в мой гребаный мир!
Его слова ранили сердце Уокер, причиняли чудовищную боль, но она только произнесла со слезами на глазах:
— Ты пытаешься заглушить душевную боль физической, как я, — отстраненным тоном произнесла Агнес, перевернув руку ладонью вверх.
Ей не хотелось показывать Марку уродливое напоминание о собственной слабости, но пришлось.
