Сара же грезила только о любви. Она представляла, как идет в белом платье к алтарю, причем парни в ее мечтах менялись от недели к неделе. Большинство избранников даже не знали о ее существовании, но это было неважно. Она записывала в дневнике их имена, рядом рисовала пронзенные стрелой сердечки и часами лежала на кровати, придумывая невероятно романтические истории идеальной любви. Все чаще счастливый избранник принимал облик Бенжамена, младшего из братьев Шевалье. Она ни за что никому не созналась бы в этом, ведь даже не будь он ее сводным братом, шансов ему понравиться у нее не было никаких. Почти все время в его комнате звучали
Как-то раз Сара, заболев ангиной, попросила Бенжамена взять у Анжелики домашнее задание. Бенжамен и Анжелика, которые до этого и здоровались-то друг с другом не всегда, встретились в школьном читальном зале. На Анжелике была объемная джинсовая куртка, которую она стянула у сестры, и чокер на шее, имитирующий татуировку, – тогда в таких щеголяли все девчонки, кроме Сары, поскольку Ирис находила подобное украшение «абсолютно омерзительным». Сегодня приходится признать, что насчет последнего она была не так уж и неправа. Бенжамен и Анжелика минут пятнадцать разбирали домашнее задание: памятуя о проблемах с учебой у подруги, Анжелика старалась объяснить все максимально доходчиво. Бенжамену никогда особо не нравилась Анжелика. Она вечно жевала жвачку с открытым ртом, что безумно его раздражало. Когда он оказывался вместе с ней и Сарой, она всегда давала ему понять, что он тут лишний, что его музыкальные вкусы дурацкие, а в тот день она была еще и накрашена жуткими лиловыми тенями. Но как только Анжелика заговорила, он не мог оторвать взгляда от ее пухлых губ идеальной формы, слегка потрескавшихся от холодного морского воздуха, – золотистыми бабочками с них слетали фразы типа «тектонические пласты», «страница 185 учебника по природоведению» и «контрольная в пятницу». Все это явно что-то значило, но он, околдованный, абсолютно ничего не понимал. Анжелика пахла травянистой свежестью и персиковым гелем для душа
Выйдя из читального зала, Анжелика с Бенжаменом пошли к автомату с напитками, взяли персикового холодного чая, газировку
– Я тебе дам кое-что послушать, тебе должно понравиться, – и он включил сразу четвертый трек с композицией
– Неплохо, – сказала Анжелика через несколько минут, – но все же с Уитни Хьюстон не сравнится. У моей матери есть видеокассета с фильмом «Телохранитель», так я по три-четыре раза перематываю концовку ради песни
Бенжамен закатил глаза.
– Шутишь! Песня же никакая!
Анжелика пожала плечами и засмеялась. А он смотрел на нее, как смотрят на Тадж-Махал или Джоконду, с изумленным восхищением прозревшего слепца, который впервые увидел море.
Они учились в разных классах, но теперь стали дружить. Вместе слушали музыку, хотя их мнение никогда не совпадало. Анжелика считала Жан-Жака Гольдмана гением, Бенжамен уверял, что через двадцать лет о нем никто не вспомнит. Она терпеть не могла группу