Их ложа была заполнена до отказа. Чарльз преданно следовал за леди Каслтон, но краем глаза косился в сторону Мелиссы. Но что за нелепость! Наблюдая, как она смеется над очередной шуткой лорда Рафтона, Чарльз пытался понять, почему его так задевает ее поведение. У него ведь нет ярко выраженных недостатков – пьет и играет он в меру, с дамами всегда галантен и крайне редко заводит интрижки. Главным увлечением Чарльза были лошади, и этот общий интерес помог бы им с Мелиссой составить прекрасную пару. Два раза сопровождая ее на утренних прогулках, он уже отметил умение девушки кататься верхом. Она сидела в седле даже лучше Генриетты и была куда грациознее. Чарльз и представить себе не мог, что встретит девушку, в которой сочетались бы и женственность, и ловкость заправского наездника. Вдали от строгого лондонского этикета Мелисса показала себя первоклассной всадницей, а Огненная Бабочка была одной из самых сильных и красивых лошадей, которых когда-либо доводилось видеть Чарльзу. Его раздражение нарастало.
В последнее время он частенько замечал, что быстро выходит из себя по пустякам. Нагнувшийся к Мелиссе Джордж что-то тихо шептал ей на ухо, а Чарльз, наблюдая за ними, в бессильной злобе сжимал кулаки. Она ответила Джорджу какой-то шуткой, и оба рассмеялись. Чарльз демонстративно повернулся к лорду Хартфорду и вступил в оживленную дискуссию, предметом которой были, конечно же, лошади.
– Не смешите меня во время представления, – попросил Джордж, овладев собой после очередного взрыва хохота. – Я не хочу, чтобы ко мне приклеилась слава скандалиста.
– Но вы сами виноваты, – улыбнувшись, парировала Мелисса. – Если бы вы не стали меня сравнивать с Титанией, я бы никогда этого не сказала.
– Вы не хотите рискнуть своим добрым именем и поехать к Эстли на следующей неделе? Я обещал привезти моего крестника.
– Вы думаете, что я использую свое достоинство, чтобы отказаться от развлечений? – Она попыталась строго посмотреть на него, но смеющиеся глаза ее выдали.
В первом антракте она разговорилась с леди Хартфорд. Они быстро подружились. Каролина тоже высоко ценила образованность, помогала фронтовикам, которые еще остались в Лондоне спустя два года после битвы под Ватерлоо.
– Джордж пригласил тебя присоединиться к нам на будущей неделе? – спросила она Мелиссу.
– Да. А вы тоже едете?
– Разумеется. Джордж – крестный отец Робби. Мальчику три с половиной года, и он хочет посмотреть на дрессированных лошадей. Он уже хорошо ездит верхом, но я боюсь, как бы ему не пришло в голову самостоятельно повторить некоторые трюки. – Она состроила недовольную гримасу. – Но Томас дал слово, и мы едем.
Мелисса засмеялась.
– Подозреваю, что если он попробует скопировать их фокусы под присмотром Томаса, то очень скоро станет таким же опытным наездником, как циркачи. – Лорд Хартфорд был признан в обществе самым лучшим наездником, хотя Чарльз почти не уступал ни ему, ни Джорджу в искусстве верховой езды.
– Вы с Джорджем подходите друг другу, – серьезно проговорила леди Хартфорд. – Все эти годы он был такой хмурый.
– Но я тут совершенно ни при чем, – возразила Мелисса. – И я сомневаюсь, что он действительно изменился. Правда, после нашей встречи он стал чаще улыбаться, но мне кажется, это все показное. Он просто прикидывается веселым.
Леди Хартфорд, нахмурясь, внимательно изучала Джорджа, который шутил и смеялся с Томасом.
–
Теперь нахмурилась Мелисса.
– Но я ведь могу и ошибиться. Никогда себя не прощу, если мои необдуманные слова приведут к распространению необоснованных сплетен.
– Не выдумывай! – оборвала ее леди Хартфорд. – Об этом никто не узнает. Ты очень проницательна и просто помогла мне обратить на него внимание. Джордж – наш очень близкий друг, и я не посмею причинить ему боль. Но нелегко нести одному столь тяжкий груз. Тем более что ему больше не к кому обратиться за помощью. На то и нужны друзья.
– Надеюсь, у него нет серьезных проблем.
– Ты беспокоишься за него? – неожиданно спросила Каролина и тут же прикусила язык. – Прости мою дерзость, Мелисса. Но я не хочу, чтобы он страдал. Он тебя любит, я точно это знаю.
– Не извиняйтесь, Каролина, – со вздохом ответила Мелисса. – Я очень волнуюсь из-за него, но пока ничего решить не могу. – Голубые глаза промелькнули в ее воспоминаниях, но вместо ярких сапфиров, сияющих под рыжей челкой Джорджа, она увидела странные прозрачно-голубые глаза на красивом лице, обрамленном непослушными светлыми кудрями. Внезапно Мелисса рассердилась. – Как можно выбрать себе мужа за такой короткий срок? Этот брак не будет счастливым. А я еще не чувствую, что готова пойти на это с кем-либо из тех, кого я знаю, включая Джорджа.
