— То-то и оно. Принцесса увлеклась настолько, что потребовала от меня обмен клятвами. А я тогда не мог. Просто не мог.
Эти слова он произнес с болью, почти шепотом. В такие моменты каждая женщина стремиться помочь мужчине, поддержать, успокоить. Я не стала исключением. Протянула руку и, погладив рядом сидящего мужчину по плечу, сказала:
— Господин Тандмар, все наладится.
Наверное, психологи правы. Иногда стоит выложить все незнакомому человеку и на душе станет легче. Только, что мне с этим знанием теперь делать? Мужчина повернулся ко мне и внимательно посмотрел, будто впервые увидел:
— Как? — он недоумевал. — Я никому этого не рассказывал. Никогда. Я умею хранить тайны.
— Я тоже.
Мы смотрели друг на друга.
— Фарин.
— Что?!
— Обращайся ко мне по имени. Фарин, — и он протянул руку.
— Приятно познакомиться, Светлана, — с улыбкой ее пожала. Мы держались за руки и улыбались, глядя друг другу в глаза. Пришло осознание, что этот взрослый, сильный мужчина мой ДРУГ. Я знала: он не предаст. И он это знал. Как судьба нас связала так крепко? Честно? Не поняла. Он вдруг стал мне семьей, которой я лишилась.
— Так, хватит в гляделки играть, — отчего-то Фарин занервничал. — Пора придумать тебе легенду.
Я видела в нем старшего брата, которого у меня никогда не было. Он же обращался теперь ко мне как к младшей сестренке.
— Если и, правда, я буду твоей сестрой?
Фарин перехватил мой взгляд и задумался, тихонько постукивая указательным пальцем по губам. Неудивительно, что принцесса захотела безраздельно присвоить это богатство себе. Я усмехнулась. Тут же его правая бровь взлетела в немом вопросе. Пришлось наклонить голову, чтобы спрятать улыбку.
— Сестра у меня действительно была, — он сделал паузу, задержав дыхание, — но она пропала давно. Вместе с матерью. Ни одной зацепки, никакого магического следа. Ни-че-го.
— Если объявить меня твоей сестрой, думаю, возникнет еще больше вопросов, чем с любовницей, — он так ТАК зыркнул! Поняла, про любовницу погорячилась.
— Племянница? — отрицательно покачал головой. — Знакомая? Нет. Слишком большая разница в возрасте.
А говорят, женщинам напоминать о возрасте неприлично.
— Я не такой старый, как тебе показалось, — гордо вскинутый подбородок, показал, что задела за живое.
— Я не сказала, что ты старый!
— Но подумала!
— Почему вопрос о возрасте тебя напрягает? — в разговоре с ним стирались все границы между возрастом, мирами и прочими мелочами. Мне нравилось перебрасываться вопросами, не боясь задавать их.
— Понимаешь, — он присел на диван, — ректором меня назначили совсем недавно, с протекции принцессы, — он выделил последние слова. — Многие считают, что я слишком молод для этой должности. Мне всего сто пятнадцать лет, и я был женат.
Я даже присвистнула.
— А по тебе не скажешь. Ты отлично сохранился! Лет на тридцать пять потянешь.
— Не понял?!
— На Земле тебя считали бы долгожителем. Их очень мало. У нас люди в среднем живут семьдесят — восемьдесят лет. А у вас?
— Так мало! — он не просто удивился. — Сейчас в среднем простые урабанцы живут двести — двести пятьдесят круголет. Те, кто приближены к источнику гораздо дольше. Хотя за последние столетия продолжительность жизни на нашей планете у всех стала сокращаться.
— А ты?
Фарин улыбнулся с затаенным превосходством:
— Я приближен.
Этим все сказано. Жить будет долго и счастливо. Надеюсь.
— Значит, ты еще молод, по вашим меркам, — на всякий случай уточнила.
— Не то чтобы совсем молодой, но до старика жить да жить.
Посмотрите на него! Обиделся, что стариком назвала! Как ребенок, честное слово. У меня было чувство, что, несмотря на все регалии и заслуги, он глубоко внутри застрял где-то в подростковом возрасте. О, во мне психолог проснулся? Тогда продолжим …
— Это первая причина. А вторая?
— Какая вторая?
— Почему возраста стесняешься?
Опять вздохнул и стал разжевывать как маленькой:
— Для ректора мой возраст не солиден, а вот для обмена клятвами многим мамашам кажется очень даже. Одни боятся девушек показывать. Считают, что первую жену уморил и их драгоценных дочек туда же отправлю. Другие, наоборот, готовы их выпихнуть и дверь с той стороны придержать для надежности.
— То есть ты завидный жених, а обмениваться клятвами не хочешь, я правильно поняла? — я засмеялась.
— Как бы это смешно не звучало, но ты верно заметила.
— А как же принцесса?
Фарин стал серьезным:
— Нам еще предстоит выяснить отношения. Надеюсь, случится это не скоро. А теперь вернемся к легенде.
Жаль, а так хорошо все начиналось.
