Странная штука, знаешь, эти женские – тридцать лет:
Будто не так и много, а вроде бы – надо бояться.
Подзабываются вкусы: музыки, поцелуев, конфет,
Память смещается в фото: кажется, девятнадцать?
Все выдавая замуж младших своих подруг,
В мысленную коробочку складываешь недо-любови.
Недо-скрещенья тел, недо-сплетенья рук,
Юных недо-любовников мертвые взгляды коровьи.
Рыжие волосы все выкрашиваешь, все выпачкивешь их – в хну.
Просто – на всякий случай, ну просто – чтобы блестели.
…Чтоб не увидеть вдруг, не заметить – мало ли! – первую седину.
Первые знаки износа на все еще гибком теле.
Может, гадалка зацепит вдруг: – Тебе же давно не пятнадцать лет!
– Верно, конечно. Конечно, давно – не пятнадцать.
И говорит, глядя на руку, как о живом – об отце.
Значит, ошиблась все же на несколько лет. Прекрасно!
Значит, не все потеряно. Значит, еще живем.
Все еще ловим взгляды двадцатилетних.
Просто нырнуть в новый возраст, как в водоем:
Холодно, а потом – привыкаешь, потом будет легче.
Еду сегодня. Опять в никуда. —
Туда,
Где всюду – в глазах прохожих! —
Плещется море.
Она помогает – морская вода —
Не думать о давней,
Никчемной,
Забытой ссоре.
Я даже не помню уже,
Ни о чем там, ни с кем,
Там просто какая-то муть и душевная слякоть.
Над морем – высокая крыша
Из звездных систем.
Под ней можно просто дышать и не хочется плакать.
Будто бы
Достигая цели —
Стрелы летят по Сети.
Я, может быть, даже
люблю тебя.
И, возможно,
любила всегда.
Где-то поверх
той, другой
исступленной,
ненасытной любови.
Или, может, из-под нее.
По крайней мере, сейчас
мне, похоже,
необходимо
Быть с тобой.
Или просто желать тебя,
Если иное
почти невозможно.
