На дворе слева находился рефрижераторный контейнеровоз, а справа - три других автомобиля: внедорожник, фургон и мазда. “Альфа” прорвется через переднюю дверь фермерского дома, а “Браво” - через заднюю. Чарли, следя за неприятными сюрпризами, должен был запереть четвертого человека в уборной. Все команды по три человека.
Тони нажал кнопку рации.
- Проверка позиций?
Он вздрогнул, услышав громкий звук, за которым последовал шквал помех, в котором затерялись голоса.
- Отряд “Альфа”, повторите?
Еще больше помех.
Может быть, это просто дождь. Может быть, это дерьмовое оборудование, с которым им пришлось работать. Может быть, что-то ещё.
Кулак тревоги в его животе сжался еще сильнее. Это были не обычные нервы. По всем правилам, эта работа должна была быть простой. Три, возможно, четыре человека управляли фабрикой таблеток. Такого рода операциями обычно не занимаются молодые люди с автоматическим оружием, под кайфом от собственных запасов и с головой, полной глупых идей. Эти типы больше занимались кокаином и героином.
Тони не стал отмахиваться от странностей так быстро, как это сделал надутый инспектор Кларк. Он видел кое-что в свое время. То, что он не мог объяснить. Он был там, в Ираке, когда они зачищали пещеры. Моррисон всадил дюжину пуль во что-то размером с человека с крыльями, что чуть не оторвало ему руку, прежде чем улететь. Женщина из неуказанного подразделения МО заскочила на следующее утро для “небольшой беседы” в их передовой лагерь, ясно дав ему понять, чего именно он не видел. Это его обеспокоило, но, как всегда, он выполнил приказ и держал язык за зубами. Но больше всего его раздражало то, что он не мог уснуть по ночам, когда его будили кошмарные воспоминания, - это то, насколько практичной, доходящей до откровенной скуки была эта женщина. Как будто в этом не было ничего необычного. Это заставляло задуматься - что еще, черт возьми, они скрывали? Сколько еще “небольших бесед” она вела?
Тем не менее сегодня им предстояло в одиночку вскрыть фермерский дом, и, если верить ему, они были подготовлены правильно. Он был в этом чертовски уверен. Он берег тех, кто знал, что делает, исправлял тех, кто мог научиться, и, наконец, после долгих трудов избавлялся от тех, кто не мог. Пассажиров не возят и не терпят хвастливых обязательств, когда на кону жизни.
Над его головой прогремел гром. Он снова нажал на кнопку радио.
- Кто-нибудь принимает?
Ничего, кроме искаженных помех и обрывков разочарованных голосов. Им придется идти по времени. Он посмотрел на часы. Они могли бы…
Справа раздался крик: “Стоять! Вооруженная полиция!”
Он не мог разобрать, кто кричал из-за грохота потопа, но он увидел движение, приближающееся с левой стороны фермерского дома. Медленно.
- Руки вверх! - заорал голос. - Руки вверх, мать вашу!
Инспектор Сэм Кларк со своим дурацким чертовым зонтиком появился рядом с Моррисоном и крикнул ему в ухо:
- Они что, сдаются?
- Оставайтесь здесь, - рявкнул Моррисон.
- Руки. Сейчас! - крикнул голос.
- Но…
- Живая операция, - сказал Моррисон, отталкивая Кларка назад. - Отойди, придурок.
Он не разобрал, что сказал Кларк дальше, потому что уже двигался вперёд, пригнувшись. Его массивные ботинки с громким всплеском разбивали лужи. В руках он крепко держал автомат Heckler & Koch G36, сканируя пространство слева направо. Что-то было не так. Он чувствовал, как его команда движется вокруг него, понимая без слов, что план теперь летит к чертям. Они расходились веером, прикрывая все стороны, занимая позиции полукругом вокруг группы — всё согласно тренировкам. Каждый перекрывал свой угол, оставаясь за пределами линии огня друг друга.
В передней части фермы вспыхнули огни, реагирующие на движение. Там были люди. Множество людей. Невозможных людей. Перед фермерским домом. Было всего четыре тепловых сигнатуры, а ферма находилась посреди чертовой сельской местности. Откуда взялась эта толпа? Яркий свет позади них не позволял разглядеть лица, но ряд тел продолжал безмолвно тащиться вперед сквозь проливной дождь.
- Лечь на землю немедленно! - закричал другой голос, в котором он узнал голос Джейкобс.
Тони сделал еще пару шагов вперед. Все это было неправильно. Все это было очень неправильно. Он сосредоточился на одном из людей впереди - человеке в костюме. Он не мог различить ни одной черты лица этого человека, но, казалось, ему было лет пятьдесят, он был бородат. Мужчина остановился, наклонив голову под углом, который предполагал, что он не мог понять, что все эти люди кричат ему. Затем он продолжил свое медленное и уверенное продвижение вперед, как решительный пьяница, идущий домой сквозь ливень, смирившись с тем, что теперь уже невозможно промокнуть еще больше. Может, они были под кайфом? Это могло бы объяснить их поведение, но не их внезапное появление из ниоткуда. Если кто-то все испортил, то полетят головы.
Гром загрохотал снова, все громче и громче.
