— Да, вот только не в роли рабов, — вздохнул я, попадаясь и логичности его доводов и отсутствию понимания столь ма-а-аленького нюанса.
Микси пытался было поспорить, что мы всё равно были бы в безопасности, ведь мы могли доказать своё право на свободу, даже той же грамотой от графа, о представлении нами его интересов. Я же был непреклонен, история Земли и здравая логика говорили об обратном. Грамоту уничтожили бы или, что ещё логичнее, начали использовать сами в своих интересах, а нас бы обвинили во лжи, а после заставили молчать и работать. Нет, спасибо, нам такого счастья не надо. Никакие сомнения меня не одолевали. Прибудем в рудники своими силами.
Собравшись с силами, я поднялся. Нужно было осмотреть дом, кто знает, что мы могли тут найти, но для начала хотелось вырваться на улицу, вроде и понимал, что в очередной раз удалось избежать неприятностей, но хотелось вкусить воздух свободы. Да и к тому же понять, какое сейчас время суток и как наш конь.
Свежий поток воздуха буквально ударил в лицо, стоило выйти за дверь, даже голове стало легче. Только неожиданно я понял, что солнце уже спряталось, получается, мы приходили в себя как минимум до вечера.
А вдалеке, там, где мы ранее оставляли коня с каретой, виднелась крыша кареты. Мелькнуло подозрение, что не так уже всё хорошо и сложилось. Тут же по тропе поспешил туда. Сколько ни пытались, мы так и не нашли своего коня, вручённого мне графом под честное слово. Карета и правда была на месте, но без него она теряла всякий смысл. Вернуть её графу теперь и вовсе представлялось невозможным. Даже если бросить всё и тащить её обратно — мы бы не справились, это невозможно физически.
Масштаб проблемы был колоссальный. Теперь наш путь никак не уложить в несколько дней, если не удастся найти оптимальное решение — это будет долгая, неприятная и опасная дорога. Казалось бы, и этого уже достаточно, так ведь нет, граф обязательно спросит с меня за потерянного коня и карету. А это много, много золота. Оставалось надеяться, что по миру он меня не поведёт и даст шанс хотя бы отработать.
Я неодобрительно помотал своим мыслям головой. Получается, что вновь вместо того, чтобы заработать, я теряю свой капитал, а сейчас так и вовсе, как бы в минус не уйти, о договорённостях с графом я вообще не хочу думать, опять придётся договариваться о переносах сроков. Так я не скоро свою империю построю и наведу тут техномагическую атмосферу.
— Ну что, — прервал мои мысли Валера, — пойдём в дом?
Я лишь утвердительно кивнул. Сколько ни думай, сколько ни переживай, а делать всё равно нужно, и сейчас нужно было осмотреть дом.
Вот только на первом этаже ничего интересного мы не нашли. Да и комнат на нём практически не было. Большой атриум, большие коридоры, трапезная, кухня. Всё тут было построено так, словно стремилось впечатлить тех, кто сюда пришёл по деловым вопросам или являлся редким гостем.
На втором этаже комнаты были небольшие, но полупустые, и в тех всё было перевёрнуто, словно кто-то что-то искал. Так воры перерывают вещи в квартирах, ящики шкафов, комодов, в поисках денег и драгоценностей — всего того, что не требует последующей продажи или может продаться очень быстро без потенциального привлечения внимания.
Кто-то ограбил Кама? Спустя несколько таких комнат меня даже стала наложить мысль, что может, в том числе, поэтому он себя вёл так меркантильно, намереваясь выручить монеты даже с продажи людей? Но на этих мыслях я лишь поморщился. Нет, это исключено, какие бы причины у него ни нашлись и в каком бы безвыходном положении он бы ни был, никаких оправданий в работорговле быть не может. Это низко даже по отношению к самому себе и не может иметь никаких оправданий и никаких объяснений. Не может быть вопросов почему, от чего, для чего. Вообще никаких вопросов.
Даже не знаю, что конкретно мы искали, заглядывая во все комнаты, в которых уже кто-то явно порылся до нас. Оружие? Золото? Магические артефакты? Но в паре комнат от той, где мы спали и нас связывал Кам, мы нашли нечто интересное, но совсем не то, что я мог себе представить.
Ни на что не надеясь, я дёрнул очередную дверь и увидел комнату, очень похожую на нашу, разве что матраса, на котором спал Микси, не хватало. А вот обе кровати неожиданно были заняты. Я посмотрел на коллег, дав знак вести себя осторожно и не спать на ходу, чтобы в случае чего они могли оперативно вмешаться и помочь.
Шаг за шагом, стараясь не шуметь, я прошёл в комнату, но всё равно каждый шаг звучал, как смертельная песня, раскрываясь в скрипе половых досок. У ребят получалось ещё хуже, и тихое подкрадывание превратилось в жуткую какофонию скрипов.
Только вот, пройдя половину пути, понял, что мы зря старались. Отсюда уже стало видно, что перед нами были наши друзья по несчастью. Люди были привязаны и не двигались, очередные жертвы хозяина дома. На кровати лежал привязанный мужчина и не дышал. Пощупав его шею, а после и запястье, я только убедился в этом. А второй хоть и тяжело, но дышал.
