Открыв глаза, я понял, что это не муха. Старик копошился у моих ног, успев к этому времени их связать, а его борода, щекочущая мою ногу, была принята мной за эту назойливую муху.
Всё-таки здесь было что-то нечисто, не зря весь вечер у меня было это гнетущее чувство. Прислушавшись, понял, что Валера и Микси продолжают вовсю храпеть. Молодцы, нечего сказать. В намерении подняться и вырвать бороду обидчика, я дёрнул что было сил руками, но тут же понял, что и они были привязаны, но к кровати, что, впрочем, не мешало мне шевелить пальцами и кистями, а значит, энергетические импульсы я запустить мог. Вот только стоило ли настолько кардинально решать проблему? Ещё всё усложняло то, что хоть он и был близко со мной, но продолжал навязывать узел за узлом. Руки его постоянно копошились, и прощупать выходы его энергоканалов было непросто.
Зачем ему вообще это понадобилось? Хотел убить и ограбить? Так и убивал бы во сне, вонзив в грудь нож. Но зачем ему рисковать и связывать нас, я не понимал.
Я увидел блеск его глаз. Заметил-таки, что я очнулся.
— Проснулся, — захрипел старик. — Кашу нужно было есть. Ел бы — спал бы спокойно. Что за человек, гостеприимством пренебрёг. Хотя какой из тебя человек. Какой ты там маг?
Да что вообще за бред происходит⁈
— Серьёзно⁈ Вы так обиделись из-за того, что я не ел кашу?
Старик остановился и посмотрел на меня:
— Обиделся? Ты совсем дурак? В каше снотворное!
Вот оно что, вот почему мои соседи так беспробудно спят.
— Давай всё проясним. Мы не желаем зла, — хотел попытаться всё сгладить, но старик поднял руку, требуя тишины, и заговорил:
— Да это вообще неважно. Продам вас на местный рудник вместе с остальными, да и дело с концом.
Вместе с остальными⁈ Тут я вспомнил стон, который мне почудился, когда следил за Камом. В соседних комнатах он их держит, что ли?
— Куда ты там меня продавать собрался, старик? Я с графом работаю! — от возмущения я даже бросил все эти игры со спокойствием и поиском доводов.
Но Кам только ухмыльнулся, приговаривая, что знает он таких проходимцев, обманывающих честных людей.
Тут я решил козырнуть документом, вручённым графом, пускай он его проверит! Но старик вновь запричитал, что я обманываю честных людей, только вот кто эти честные люди… он, что ли? И вообще, за такое враньё и подделку документов меня точно надо срочно продавать на рудник.
На любые мои попытки убедить нас отпустить старик, усмехаясь, продолжал объяснять, что его намерения не столь зловещи, как я предполагал. Он просто хотел продать нас на рудник, где мы могли бы работать на благо местных жителей, которые нуждаются в нашей помощи. Я, не в силах сдержать гнев, вскрикнул: «Вы что, с ума сошли? Вы осознаёте, что несёте⁈»
Это он себе, получается, прибавку к несуществующей пенсии такую организовал? Вообще замечательное место, тех, кого не обобрали грабители на дороге, добьёт мирный старик в поместье.
Старик на мои слова лишь пожал плечами и продолжил завязывать узлы. Я понимал, что нужно действовать быстро, и, отбросив споры и попытки его уговорить, начал отчаянно думать, как с помощью своих энергетических каналов можно найти способ освободиться, вот только ничего, кроме уже ставшей привычной остановки сердца, я придумать не мог.
Направил импульсы, но никак не мог застать врасплох юркого старика и проникнуть в его систему энергоканалов.
От отчаяния я стал пытаться вырываться, лишь натягивая верёвки на запястьях и ногах, а потом просто выдохнул.
Если у меня сейчас даже получится его убить, мне надо как-то вырваться из пут, а это не наручники, которые я мог открыть. Ничего острого под рукой тоже не было. Я повернул голову в поиске решения и увидел спящего Валеру, он не был связан. Возможно, связывают только меня, потому что не принял снотворного, а возможно, просто начали не с меня, но всё было совершенно неважно, главное, что они храпели, а значит, рано или поздно очнутся.
План, как пазл, тут же сложился. Я постарался успокоиться и ровным голосом окликнул старика, провоцируя на диалог о морали и пользе человечеству. Мораль у него явно была, вот только с ума сошёл.
Тот повернулся ко мне и, бросив навязывание бесконечных узлов, возмущаясь, подошёл поближе, но главное, что он перестал дёргаться!
Работорговца жалко не было. Привычно выпустив два импульса, вот только в этот момент его глаза дёрнулись. Почувствовал, что ли? Он задергался всем телом, а я попытался ускориться и, опасаясь не успеть, взорвал.
Один взрыв импульса пришёлся в районе плеча, его рука тут же обвисла плетью. Второй импульс всё-таки выскочил и детонировал в воздухе. Я поморщился. Сорвалось, это ведь может стоить мне жизни. Кам с расширяющимися от ужаса глазами смотрел на некогда здоровую руку.
Хотелось только ругаться. И делу не помог, и один из входов буквально разрушил. Теперь только через одну руку. Придя в себя, я понял, что шанс у меня всё равно есть, пока он не начал действовать, его сердце всё ещё оставалось доступной для меня мишенью.
