– Понятно, – вздохнул Иван. – Ну ладно, после ещё об этом потолкуем. Вам ведь сейчас про другое услышать хочется?… Собственно говоря, рассказ мой будет коротким. В тех местах я оказался случайно… так, промышлял по мелочи. А потом вдруг вижу – ба, знакомое дело, живоглот-ловушка!
– Знакомое?! – не утерпел Твердислав.
– Конечно. Чёрные колдуны ещё и не на такое способны.
– Чёрные Колдуны? – Джейана мгновенно подобралась, напружинившись, точно разъярённая дикая кошка, однако Иван не дал ей и рта раскрыть.
– Погоди. Дай мне до конца рассказать – тогда и до них речь дойдёт. Так вот. Дело ваше, не скрою, мне ведомо. Поэтому я в ту сторону и направился – обычно-то охочусь в другом месте. Но, как прослышал, что у вас украли девчурку и что ты, Твердислав, взял на себя Долг Крови – понял, что вас непременно захотят остановить.
– Кто? – мгновенно спросил юноша. – Ты их знаешь?
Иван ответил не сразу, а с секундной задержкой, словно обдумывая свои слова.
– И да, и нет. Знаю, что есть такая высокая башня на дальнем острове, за морем. Знаю, что стерегут её и духи, и демоны, и самые жуткие из Ведунов. Но знаю также, что если есть в тебе Вера… гм… в Великого Духа, то все те страхи одолеть и победить можно.
– Как? – вступила Джейана. – Ты можешь сказать нам, как обмануть тамошние охранные заклятия? Где уязвимые места монстров и самих колдунов? И, наконец, кто эти колдуны такие? Чего они хотят? Почему Учители нам про них ничего не говорили?
– Погоди, попрыгунья, и до этого дойдём. Короче, увидев вас, понял я, что вождь клана Твердиславичей и главная Ворожея того же клана пренебрегли запретом Учителя и отправились-таки в путь – выручить малышку Лиззи, а если не удастся – то хотя бы отомстить за неё. Верно я говорю?
Твердислав молча и коротко кивнул.
– И понравилось мне это, кособрюх меня растопчи! – Иван саданул кулаком по краю стола. – Не бывало ещё в здешних краях такого! Обрадовался я, что наконец-то нашлись такие, что не боятся этим самым Учителям нос натянуть!
Джейана не слишком почтительно фыркнула.
– Да никому мы нос не натягивали!… А Учитель нас и в самом деле отговаривал – так оно и неудивительно, для клана-то, наверное, и в самом деле лучше…
Она случайно заметила выражение глаз Твердислава и мгновенно осеклась.
– Для клана, девонька, лучше, когда каждый из родовичей, от мала до велика, знает, что, если с ним что-то случится, его будут спасать до последней возможности. И что если спасти его всё же не удастся, за него отомстят.
– Да что могут пятилетки эти понимать! – сорвалась Джейана. – Вся эта малышня голопузая?!
– Могут, и даже очень! – с внезапной суровостью отрезал Иван. – Словами сказать не могут – но этого и не нужно. Один за всех! Все – за одного! В кровь это у них входит, понимаешь, Джейана Неистовая? Эх, вижу – не понимаешь. Молода ты еще… детишек бы тебе своих, – вдруг ни с того ни с сего закончил он.
Наступило короткое молчание.
– А с чего всё вообще началось? – вдруг спросил Иван. – Я слышал что-то о каком-то небывалом монстре…
Твердислав и Джейана переглянулись.
– Всё пошло вкривь и вкось, – наконец нехотя признался парень. – Ведуны совсем по-иному себя держать стали…
Он принялся рассказывать всё с самого начала, с той самой загонной охоты на папридоя, когда он, Твердислав, так некстати наткнулся на свежий след Ведуньи и пошёл за ней следом. Гибель Буяна и его спутников, потом – близнецов; потом – пришествие неведомого подземного зверя, которого смогли одолеть только благодаря Лиззи…
– Подземный зверь… – со странным выражением пробормотал Иван, едва только выслушав Джейанино описание чудовища. – Гм… Ну, ладно, пусть будет так…
– Учитель сказал – это очень редкая тварь из глубин, – вставил Твердислав.
– Правильно сказал, – Иван загадочно усмехнулся. – Ну что ж, понятно…
Что ему стало понятно, он, однако, так и не объяснил.
Кажется, Джейана уже готова была кинуться в схватку, требуя, чтобы ей растолковали бы всё до конца, однако вовремя вмешался Твердислав.
– Погодите! Иван, ну, а дальше-то что? Увидел живоглота-обманку, и?…
Было всё же нечто странное в этом Иване. Даже если не брать в расчёт его самого. И об Учителях он говорил… как-то не так, неподобающе. Твердиславовы сомнения никуда не исчезли, но почему-то было неприятно, когда так говорил чужой.
