— Нужно посидеть с маленькой девочкой, её мама в больнице, а няня уехала, и… ребёнка не с кем оставить.
Молчание, в трубке слышно лишь мамино прерывистое дыхание.
— Это… она… та, которая болела ветрянкой?
— Да, мама, она самая. — и предугадывая мамин всхлип, поясняю. — она не моя, ну моя уже конечно. — тру лоб подбирая слова. — Это приемная дочь женщины, которую я люблю. — Вот и всё, так просто, я произнёс это, не себе, не Светлане, а маме. И стала так легко, так спокойно, как будто сбросил с себя тяжёлые доспехи и впервые вздохнул полной грудью, расправив уставшие плечи.
— Как срочно я вам нужна, посмотрю, есть ли ночные рейсы, можно попросить папу он меня к утру домчит. — мама тараторит, предвкушая долгожданную роль бабушки.
— Не торопись, мам, завтра Дашка ещё побудет со Светкиной подругой. Скинешь номер рейсового автобуса и время прибытия, я тебя встречу.
— Хорошо сынок. Значит Даша и Света.
— Да, Светлана, моя будущая жена, Дарья наша дочь. — всё Степан, обратного пути у тебя нет. Да и не хочется, туда идти, в это ваше обратно.
Светлана
Уходит. Опять уходит. Вот и правильно пусть катится ко всем чертям. Блин, надо было сказать, что ребёнок его, всё равно признаться придётся.
— Сказала. — Ириска, неугомонная моя, зачем только сорвалась в такую даль, не надо было ей звонить.
— Нет, — качаю головой в подтверждение своих слов. — не сейчас, сейчас не хочу чтобы он знал.
— Оттягиваешь неизбежное, куда уж повод лучше.
— Да, и Мария Львовна просит, чтобы отец ребёнка кровь сдал.
— Вот, он должен о тебе заботиться, когда я уеду.
— Я сказала, Ириска.
— Господи, ты меня запутала, так сказала или нет?
— Сказала, что беременна, но не сказала, что от него. — огромные зелёные глаза, уставились на меня.
— Спросила, нужна ли ему женщина с двумя детьми, а он как видишь, ушёл.
— Пу, пу, пу, пу, пууу… оправдать его можно…
— Принцесса, ты не устала? Кушать не хочешь? — в который раз убеждаюсь, как повезло Ириске. А она паразитка глаза закатывает.
— Сейчас поедим Игорёш. Мы заберём Дарью, пообедаем где-нибудь, пусть ребёнок маленько развеется.
— Возьми ключи. — тянусь к своей сумочке и протягиваю связку подруги. — поживите у меня, и Дашке так удобнее будет, а там глядишь и Тамара Петровна приедет.
— Я вечером заеду к тебе, одна. — строго смотрит на мужа, но по нему видно шиш он её куда одну отпустит. — А Игорёша с Дашей посидит.
— Ребёнку может тоже на мать охота посмотреть. — бурчит мужчина, я прячу смешок в покашливание.
Ириска наклоняется к моему уху и шепчет.
— Просто набери его и скажи, ребёнок твой, Стёпа, мне понадобится твоя помощь. Просить помощи ни так уж и трудно, а получать её от любимого мужчины, бесценно.
Кручу телефон весь оставшийся день. Вечером Ириска смотрит на меня хмуро. Зато Дашка счастлива, не торчать весь день с Кристиной в ресторане. Может не стоит быть такой эгоисткой и вызвать маму. Ой, боже упаси, рановато ей о моей беременности знать, я ещё отцу ребёночка не сказала.
Кручу телефон в руке. Нет, по телефону такие новости не расскажешь. Пишу. «Стёпа, нам надо с тобой поговорить». Отправляю. Нет, бегом захожу в мессенджер, две серые галочки, не успел прочитать. Удаляю. Пока не готова, не хочу. Спать, Светлана Ивановна, все прочие мысли до завтра.
Обход закончен, самое время подремать до обеда. Чем они меня интересно колют. Мои придут только вечером, попрощаться перед отъездом, вылет рано утром. А день Ириска решила посветить прогулкам, и, судя по её планам, решила за день взять всё Сочи. Стук в дверь. Неожиданно. Жду, персонал, заходит после второго стука, если у меня в палате нет посетителе. Ещё стук, более требовательный, и ещё. Да кто там такой настойчивый?
— Входите уже. — хриплю недовольно. Стёпа?
— Привет. — он подходит и усаживается на мою кровать. Эу, что происходит. — Как ты? Я блинчиков твоих любимых привёз. — целует в лоб, в щёку и в губы, осторожно, боясь моей реакции.
— Нормально, а ты тут какими судьбами.
— Пришёл проведывать свою женщину и ребёнка. — настораживаюсь, ушки на макушку. Знает, что это его ребёнок, но откуда, в курсе только Ирка.
— Смешно, я оценила шутку. — мужчина не обращает внимания на мои слова, достаёт контейнер с блинчиками, погружая палату в умопомрачительный аромат.
— Я и сиропом полил, всё как ты любишь. — благо, что за зверь такой токсикоз мне ещё не известно, а вот аппетит зверский, не иначе во мне Богатырёвское чадо растёт. — Когда вернётся Тамара Петровна?
— У неё мама в очень тяжёлом состоянии, ждут… — запинаюсь, трудно такое произнести. — Она уже старенькая совсем, положительные прогнозы не дают. Пока тишина, она сказала, позвонит, как что-то станет ясно, … с её приездом.
— Я понял. Сегодня приезжает мама, она побудет с Дашкой сколько нужно, тебе ещё пять дней здесь лежать. Надеюсь, ты сразу после выписки на работу не поскачешь.
— Чья мама приезжает. — охр*неть, он моей маме позвонил. Да, нет.
— Моя, конечно. — Чего? Вздыхает. — Моя мама побудет с Дашкой пока ты в больнице, ей только в радость побыть с внучкой.
— Подожди, она приедет побыть с Даше или со своей внучкой?