Почему-то стало ужасно жарко. Тереза отвернулась, не в состоянии ни о чем думать, поскольку целая стая бабочек в животе снова взмахнула своими легкими крылышками. Потом бабочки закопошились сильнее, словно обезумевшие. Матерь Божия! Ей с трудом удавалось дышать. Вталкивать воздух сквозь зубы. Замирая от волны тепла по всему телу. Мурашек по позвоночнику. Дрожи в коленях. Не от страха высоты. Вовсе нет. А сердце тревожно застучало — ей до потери сознания хотелось, чтобы он ее поцеловал, нежно, робко, легонько коснулся ее губ и тут же отпрянул.
Рафаэль чуть не застонал от голода, который отразился в ее красивых глазах. Ему хотелось наброситься на девушку и зацеловать эти губы, которые она постоянно покусывала. Святое дерьмо. Рядом с ней он терял рассудок.
«Так, ты пообещал избавить ее от страха, а не устроить знакомство со своим дружком в общественном месте». О бесы! Спокойствие. Надо контролировать себя. Держать руки подальше.
— Дам тебе посмотреть на нее целиком, если повернешься туда. — Рафаэль кивнул в сторону окна.
— Так нечестно, — запротестовала девушка.
— И кто тут из нас извращенец?
Она только показала ему язык. И повернулась к окошку. Почти весь город раскинулся перед ней во всей своей красоте. Переливающаяся на закатном солнце змейка реки, частные особняки, многоэтажная застройка, дымящие вдалеке заводы, величественные пики башни Брааля… Сотни огоньков мигали и светились.
— Красиво, правда? — Тереза повернулась к нему, уголки ее губ приподнялись в счастливой улыбке. — Смотри же. — Она нетерпеливо потянула его к себе за рукав толстовки.
Рафаэль придвинулся ближе, проследив взглядом за тем местом, куда она ткнула пальцем.
— Вон там.
Ее рука скользила по стеклу, пока девушка восторженно показывала ему то, что казалось ей красивее всего. Она радовалась таким мелочам. Лучу солнца, блеску огоньков, теплой погоде или маленькому ребенку, который ей сегодня улыбнулся. Рафаэль никогда прежде не обращал внимания на такие вещи. До встречи с ней.
— Тебе больше не страшно? — тихо спросил он.
— С тобой — нет.
Они смотрели друг на друга, не в силах выразить словами то, что происходило в душе, что так сильно рвалось в груди. С каждым вдохом-выдохом. Крошечной надеждой, что наивно таилась в глубине их глаз.
— Приехали.
Рафаэль отодвинулся. Его голос прозвучал сдавленно, глухо. Он выскочил из кабины, словно за ним по пятам гнался сам дьявол. Проклятие! Прохладный ветерок ударил в лицо, не принеся ни грамма облегчения. Он чувствовал только ее запах. Сладкий. Фруктовый. Слышал только ее голос. Чувствовал только тепло ее тела рядом.
Он обернулся к Терезе, но заметил, что она говорит с кем-то по телефону. Слух резануло имя «Джеймс». Конечно, кто же еще. Ее ненаглядный жених. Звонит, чтобы убедиться, в силе ли их завтрашняя встреча. Наверняка поведет ее в какое-то скучное место. Такое же заунывное, как и сам этот придурок. Рафаэль не переносил этого парня, хотя и видел пару раз мельком. Тереза не любила о нем рассказывать.
«А что ты хотел? Услышать, как он трогает ее? — От одной мысли об этом ему хотелось что-нибудь сломать. Желательного этого самого парня. — Возможно, они спят вместе. Каждый день».
Рафаэль прикрыл глаза от гнева, стиснув зубы с такой силой, что удивился, как они еще не раскрошились. «И почему меня это выводит из себя?»
Он снова от нее закрылся. Ушел в себя. Весь обратный путь молчал, задумавшись о чем-то своем. Тереза лежала на кровати, прокручивая сегодняшний день снова и снова. Чем больше она узнавала его, тем более недосягаемым он ей казался. Смог бы Рафаэль когда-нибудь ей целиком открыться?..
Все внутри замирало при воспоминании о его взгляде — он смотрел на нее так, как будто она для него одна на свете. Нельзя, она знала, что нельзя… «Я влюбляюсь в тебя, Рафаэль».
