Он видел блеск слез в ее глазах. Они были полны света, чистого голубого моря. Надежды и нежности. Словно Тереза доверяла себя ему. Целиком. Темнота мешала увидеть детали, но Тернер знал наизусть расположение каждой веснушки на ее лице. Он любил считать их, водить по ним пальцами, собирая в созвездия Млечного Пути. Рафаэль осторожно провел тыльной стороной ладони по ее щеке.
Тереза ощутила запах черники, сводящий с ума, острый, смешанный с дымом сигарет и ароматом его тела. Близко, так близко… Ей казалось, что она теперь пахнет Рафаэлем. Она закрыла глаза, сосредотачиваясь на его голосе, нежных прикосновениях и горячем дыхании. Рафаэль коснулся ее шеи, ощущая, как дернулось горло, когда девушка судорожно сглотнула и распахнула глаза. Тереза впитывала этот образ. Рафаэль выглядел так, словно находился на грани безумия, но все еще цеплялся за здравый смысл. Он провел кончиками пальцев по векам девушки, веснушкам на носу, по щекам, острому подбородку, погладил пухлую нижнюю губу, стараясь привыкнуть, запомнить, выучить наизусть каждую впадину и каждую черточку ее лица.
— Поцелуй меня, Рафаэль. Пожалуйста…
Мольба в ее голосе сводила с ума. Рафаэль подхватил девушку и посадил себе на колени. Никакого страха в нем не было. С другими — бывало. С ней — никогда. А потом это случилось. Он подался вперед, коснувшись ее губ легким, как крылья бабочки, поцелуем. Несколько раз. Едва ощутимо. Тереза почувствовала металлический привкус крови во рту. У Рафаэля была разбита нижняя губа. Она хотела было отстраниться, чтобы ненароком не причинить ему боль, но Рафаэль покачал головой, останавливая ее. Она обняла его за шею, зарываясь пальцами в волнистые волосы.
Внутри у него больше не было страха. Не было грязных воспоминаний о предательстве. Была только Тереза. И был он сам. У Рафаэля это было впервые. Он продолжил мучительную пытку, дразняще потерся губами о ее губы, не позволяя себя поцеловать, пока Тереза жалобно не захныкала, упрашивая о большем.
— Готова встретить мой язык? — прошептал он низким голосом.
Она требовательно лизнула его нижнюю губу, до боли впиваясь ноготками в кожу на шее.
— Открой пошире рот, маленькая.
Эти нежность и напор сводили ее с ума. Ей хотелось сплетаться с ним языком, жадно впиваться зубами и губами, оставляя на его потрясающе красивом теле свои следы.
Теплое дыхание девушки обожгло ему рот. Жажда обладания вырвалась наружу приглушенным рычанием. Крепче сжав ее талию, Рафаэль подался вперед. А сердце в груди заколотилось с такой силой, будто вот-вот разорвется на куски. Рафаэль поочередно поцеловал ее нижнюю и верхнюю губу. Обхватил губами ее язык, лизнул, обводя по кругу. Кровь забилась в сосудах, словно желая вырваться, напрягая плоть. Глухо застонав, Тереза теснее прижалась к нему, обнимая за шею.
— Рафаэль…
Ее голос резкой пульсацией отдался у него в висках. Ему хотелось, чтобы в фотопленке ее воспоминаний был только он. Растекаться в ее крови. Плясать под веками. Он хотел быть ее сбившимся дыханием. Сутью. Кожей. Плотью. Ему хотелось по-настоящему слиться с ней, стать единой плотью.
Тереза робко ласкала его рот, что вызывало горячую волну тепла в крови. А потом слегка потянула зубами за нижнюю губу, и он, не сдержавшись, застонал и против воли прижался к хрупкому телу, сжимая его в объятиях. Ощущая тепло нежной кожи кончиками пальцев. Вероломно прихватывая зубами ее припухшие от его истязаний губы, Тереза выгнула спину, прижимаясь к нему теснее. Он припал к ее шее, влажно касаясь кожи. Вдыхая ее запах. Нежный. Сладкий. Опьяняющий. Яблоки, печенье.
Тереза прерывисто выдохнула. Всегда холодный и недоступный, Рафаэль смотрел на нее со смесью дикого желания и нежности, и это сводило с ума. Его расширенные зрачки почти поглотили темную радужку. Это все было слишком. Но он не был готов остановиться. Он нуждался в этом моменте. Рафаэль ласкал ее рот языком, наслаждаясь сбивчивыми вздохами Терезы и лихорадочным блеском ее глаз. Он потерял голову. И медленно терял рассудок. Эти маленькие руки, зарывшиеся в его волосы… Вплотную припавшее тело, яблочный запах ее волос, тихое, сбивчивое дыхание… Она его убивала.
Рафаэль, опьяненный близостью, посмотрел ей в глаза цвета аквамарина. Девушка дрожала. Терезе казалось, что она вот-вот разлетится на атомы, эмоции звенящими струнами отзывались внутри, будоража сознание. Где-то глубоко в груди бесновалось взволнованное сердце. Тереза обняла парня за шею, и хриплый стон отдался вибрацией на кончике языка, когда Рафаэль больно укусил ее за нижнюю губу. Льдины у него в груди пустились в пляс.
— Чья ты, Тереза? — грубо спросил он, остановившись.
— Я…
— Скажи мне.
— Твоя.
— Только моя? — уточнил парень. В голосе у него промелькнули мрачные нотки.
— Только твоя. Всегда, — серьезно ответила она, глядя в его обсидиановые глаза. Они полыхали в темноте. Полные страсти, яростного желания. — Рафаэль…
