Озадаченная, я направляюсь на кухню вместе с Луной, следующим за мной по пятам, но далеко не ухожу: ноги словно примерзают к мрамору перед ярко-красной лужицей. Дравик стоит посреди холла, его бежевая ночная туника пропитана кровью. Что-то темное и неподвижное лежит у его ног, судя по очертаниям – человек. Принц оглядывается через плечо и улыбается. Его лицо в темных брызгах.
– А, Синали. Не спится? – Он держит в руках свой проекционный меч, замаскированный под трость, неоново-оранжевое лезвие рассыпает темные искры. Меч издает тихое гудение, пока принц не отключает его. – Заварить нам чаю?
Ответить я не могу – за меня это делает Луна, возбужденно повизгивая. Я медленно иду к кухонному столу и сажусь. Дравик убирает трость, некоторое время возится с чайником, а когда поворачивается с двумя дымящимися кружками в испачканных кровью руках, я поспешно беру свою.
Дравик улыбается:
– Не волнуйся. Это кровь незваного гостя – наемного убийцы из Паучьей Лапы.
Скрипнув стулом, я вскакиваю и бросаюсь к телу – невозможно, чтобы это был он. Убитый такой же мускулистый, такого же роста, в
– Это не тот, которого Дом Отклэров послал убить твою мать, – уверяет Дравик, попивая чай. – Но
Трясущимися пальцами я сдираю с его лица пропитанную кровью маску – мальчишка младше меня. Ему самое большее лет восемнадцать, редкая рыжая щетина едва заметна. Несомненно, он простолюдин, вынужденный убивать, чтобы выжить, пешка в чужой игре, и все же… Насчет своей ловкости за пределами боевого жеребца и ристалища я не питаю иллюзий: если бы Дравик не убил этого человека, меня зарезали бы в постели.
– Их стараются вербовать еще детьми, – негромко объясняет принц. – Так проще вдолбить в них правила подчинения.
Я возвращаюсь к столу.
– Отклэры снова пытались убить меня?
– Маловероятно. У них есть собственный убийца в Паучьей Лапе, выполняющий поручения Дома, но сейчас он числится пропавшим без вести. Он загадочным образом исчез после известия о том, что ты выжила. А это… – он небрежно указывает в сторону трупа, – скорее всего результат действий кого-то из союзников Отклэров, желающих войти к ним в доверие и потому подославших к тебе наемника.
– Вы можете остановить их?
– Не так решительно, как хотелось бы. Пауки стремятся поддерживать репутацию лучших из лучших, соглашений они не расторгают. Уверен, они будут и дальше подсылать к тебе убийц, пока ты жива. Но не беспокойся, здесь много охранных систем, и, хотя этот мелкий генератор шума может показаться бесполезным, территорию он неплохо держит под наблюдением.
– У этого генератора шума есть имя, – заявляю я. – Луна.
– Есть, говоришь? – Дравик усмехается. – Довольно бессмысленно, не находишь?
– Значит, убийцы так и будут приходить, а вы – убивать их.
– Да.
– Можете делать это безболезненно?
– Ты готова проявить к ним милосердие, хотя тебе они в нем отказали.
– Наемные убийцы – это не благородные, – настаиваю я. – Их используют так же, как нас.
– А того, кто убил твою мать? Следует мне и к нему проявить милосердие, если он снова появится?
Ромашка в чае – чтобы смягчить мои потрескавшиеся губы. Пальцы дрожат на тонком фарфоре. Мне не за что зацепиться, реальность трескается и разлетается на осколки, убийца возвышается надо мной в черных доспехах с чешуйчатым узором. Он не убил меня, а
Луна прижимается головой к моей щиколотке, прикосновение прохладного металла прерывает мои мысли. Я перевожу взгляд на лицо Дравика.
– Мне хотелось бы, чтобы вы были там, – шепчу я. – Когда это случилось в первый раз.
Улыбка принца становится натянутой.
– И мне тоже.
Я поглаживаю подвеску матери, красного дерева касаются запачканные кровью пальцы. Дравик кивает на подвеску и говорит так тихо, что его голос кажется тенью на мраморе:
– Сожалею – о том, что я сделал с ней. Только ради твоей безопасности.
– Вы мне не доверяете, – хрипло выговариваю я.
– Не доверяю я всем остальным, храбрая девочка.
Осталось всего три круга.
