– Капитан ан-Амарат, – протянула она, и ее громкий голос разнесся по всей палубе. – Ты так и не научилась гостеприимству.
Из надстройки на носовой части корабля показалась Мелиза ан-Амарат. В ее широко распахнутых глазах отражались отблески далекого пожара. Хотя она была одета в самую простую одежду, одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять: это и есть безжалостный капитан пиратов. Она посмотрела на Древнего и убийцу-амхара и нахмурилась. Сердито стиснутые зубы блеснули из-за приоткрытых губ.
Мелиза спустилась на палубу, но не стала отдавать своей кровожадной команде приказов. Те продолжали держать оружие поднятым, готовые в любой момент нанести удар.
Капитан окинула Дома и Сорасу взглядом, таким быстрым и хлестким, словно удар плети.
– Вы выглядите хуже, чем во время нашей последней встречи, – сказала Мелиза. – Притом что тогда вы выглядели совершенно ужасно.
Сораса ухмыльнулась:
– Заключение в королевской темнице производит на человека подобный эффект.
Стоило Мелизе услышать эти слова, как маска злости слетела с ее лица, а взгляд ожесточился. Она сделала шаг вперед и взмахнула рукой. Моряки поняли команду и быстро опустили оружие. Но не глаза.
Голос капитана дрогнул:
– Где моя дочь?
Сердце Дома сжалось, и к щекам прилила кровь.
– Мы не знаем, – тяжело выдохнул он, внутренне готовясь к тому, что сейчас на него обрушится вся мощь материнской ярости.
Мелиза ан-Амарат его не разочаровала. Она выхватила из ножен короткий меч и занесла его над головой. Лезвие засияло в отблесках фонарного света. Мелиза была дикой дочерью моря – такой же хаотичной, как волны за бортом ее корабля, и такой же беспощадной, как Долгое море.
Она бросила взгляд на черный горизонт, где сияла гавань Аскала, превращающаяся в груду углей. Дом видел, как Мелиза мечется между необходимостью спастись бегством и желанием вернуться назад.
– Корэйн осталась в…
Сораса шагнула вперед и остановилась в дюйме от меча Мелизы. Не обращая внимания на острую сталь, она протянула к матери Корэйн татуированную ладонь. Казалось, она пыталась успокоить напуганную лошадь, а не кровожадного капитана пиратов.
– Корэйн сейчас где-то на севере, – сказала она твердым, строгим тоном. В ее широко распахнутых глазах блестела уверенность. – Она жива. Я гарантирую это, Мелиза.
Сораса Сарн была виртуозной лгуньей. Дом видел, сколько усилий ей пришлось приложить, чтобы сказать правду.
Мелиза опустила меч, но всего на дюйм.
– И вы собираетесь ее найти.
– Мы сделаем все, что в наших силах, – сказал Дом, встав рядом с убийцей. Они представляли собой единую команду, какой бы странной и невообразимой она ни казалась. – И даже больше.
Мелиза прищурилась и фыркнула.
– Вы бросили мою дочь одну посреди северной глуши, – пробормотала она, убирая меч в ножны. – Чтобы она в одиночку противостояла всему этому… Я должна сбросить вас обоих за борт.
«Она права», – печально подумал Дом, и его снова охватил стыд, умноженный десятикратно. Он перевел взгляд на волны, в которых играли отблески фонарного света, постепенно растворяющиеся в темноте. Сияние пожара на горизонте меркло по мере того, как «Бурерожденная» уходила все дальше и дальше в море.
Дом сглотнул ком в горле, борясь с приступом тошноты и отвращения к самому себе. Аскал был самым густонаселенным городом в мире. «Сколько невинных мы обрекли на смерть в огне?»
Резкий голос Мелизы вырвал его из мыслей.
– Кайрим, уберись в своей каюте, – приказала она, махнув рукой одному из моряков. – Эти двое выглядят так, будто вот-вот свалятся с ног.
Мужчина со скоростью молнии спрыгнул с надстройки на носу корабля и скрылся на нижней палубе. Дом помнил его не только с их предыдущей встречи на просторах Долгого моря. Он видел его в Адире – в чайной, где они сидели с Корэйн, когда та поняла, что корабль ее матери стоит в местном порту. Кайрим и здоровенный джидиец пили чай за соседним столиком и шептались о том, как они едва спаслись от кракена. Сейчас, как и тогда, один глаз мужчины был закрыт повязкой. Его кожа, освещенная отблесками фонаря, цветом напоминала сумеречное небо.
Дом снова осмотрел палубу, изучая как жестоких пиратов, так и грозную «Бурерожденную». Одна из мачт была новой – она сильно отличалась от остальных оттенком древесины. «Та самая мачта, которую заменили после битвы с кракеном».
– Идите за мной, – буркнула Мелиза себе под нос и жестом поманила их за собой.
Не задавая вопросов, они последовали за капитаном.
– Давай в будущем воздержимся от плавания? – пробормотал Дом, стягивая с себя кожаную жилетку и нижнюю рубашку. Он был рад избавиться от грязной и промокшей одежды.
Сораса смерила его убийственным взглядом, шагая по палубе. Свою мантию она сбросила в каком-то из переулков Аскала, оставшись в одних поношенных кожаных доспехах.
– Когда буду планировать наш следующий побег, обязательно позабочусь о твоем комфорте, – ядовито произнесла она.
