Дом поддерживал ее темп с такой легкостью, что это даже раздражало. Стены смыкались у них над головами, переулок постепенно сужался, так что им приходилось идти плечом к плечу. Сорасе пришлось собрать всю силу воли в кулак, чтобы не поставить ему подножку и не заставить его стукнуться лбом о стену.
– Сарн! – в ярости проревел он.
Она закатила глаза и нырнула в еще более узкий переулок. Она без труда двигалась в тесном пространстве, а вот Дому пришлось идти боком: его плечи были слишком широкими для этого прохода.
– Ворчи сколько хочешь, только не отставай.
Щеки Сорасы полыхали огнем, и она тщательно следила за тем, чтобы ее лицо было устремлено только вперед. Ни за какие сокровища мира она не позволит Дому увидеть ее стыд.
– Ты хотя бы знаешь, куда идти? – пробормотал он.
Проскользнув под узкими окнами какого-то дома, Сораса свернула в маленький квадратный дворик, посреди которого виднелось одно-единственное засохшее дерево. Из этого места во всех направлениях расходились переулки. Сораса знала каждый из них. Они соединялись с улицами и широкими проспектами, вели к мостам и каналам, а также к многочисленным воротам, расположенным по периметру городских стен.
«На восток к Воротам Завоевателя, на север к Маленьким Дверям, на запад к Воротам Божьего стада».
Последние ворота она помнила очень хорошо. Именно через них они убегали из Аскала в прошлый раз. В ушах Сорасы по-прежнему звучал рев охотничьих рожков, разносившийся по улицам города. Тогда Дом был ранен и терял сознание, лежа на спине украденной лошади. Его рана кровоточила всю ночь, и Сораса уже начала беспокоиться, что он больше никогда не откроет глаза. В ту пору она боялась остаться единственной нянькой для Корэйн и Эндри – особенно перед лицом надвигающегося конца света.
«Я бы с радостью вернулась в тот момент, – подумала она. – Даже если бы пришлось пройти через все это заново. По крайней мере, я бы шла с открытыми глазами».
Дом молча смотрел на нее, пока она взвешивала преимущества и недостатки каждого из путей. Она чувствовала его взгляд всем своим существом.
– К порту Странников, – пробормотала Сораса, наконец-то выбрав переулок, ведущий на восток. Она скривила лицо в недовольной гримасе и обернулась через плечо. – Могу довести тебя туда с завязанными глазами, если желаешь.
Он поморщился, но последовал за ней без пререканий.
– В этом нет необходимости.
– По крайней мере, ты научился хоть немного мне доверять, – проворчала Сораса неожиданно для самой себя. А потом снова ощутила, как к щекам приливает жар.
«Вот только ты совершаешь ошибку, доверяя трусливой убийце, – с горечью подумала она. – Я не сделала того, что должна была, потому что слишком испугалась. Теперь нам обоим придется стать свидетелями ужасной судьбы, которая ждет этот мир».
Если Дом и заметил ее печаль, то ничем этого не вы-дал.
– Тебе нужно было ее убить, – ни с того ни с сего повторил он.
Сораса вздрогнула и мысленно обругала промокшую одежду.
– Я уже жалею, что спасла тебя.
Дом нахмурился.
– Жизнь королевы Галланда ценнее, чем наши с тобой, вместе взятые.
Сораса сжала пальцы в кулак. Ей казалось, что она по-прежнему держит в руке кинжал, теплая кожаная рукоять которого была знакома ей, как собственное лицо. Теперь он был навеки потерян. Омытое королевской кровью лезвие осталось в горящем дворце.
– Думаешь, я сама этого не знаю, Древний? – огрызнулась она, и ее голос эхом отразился от стен. Она так резко повернулась к нему лицом, что едва не врезалась в широкую грудь.
Дом смотрел на нее, широко распахнув глаза и приоткрыв губы. Вся боль и разочарование отчетливо читались у него на лице. В глубине души Сораса чувствовала те же эмоции, но к ним еще примешивалось сожаление. «Я не могла этого сделать. Не могла позволить нам двоим сгинуть в том дворце. Даже если бы удалось забрать Эриду с собой». Кулак Сорасы дрогнул. Дом по-прежнему не сводил с нее немигающего взгляда. Зелень его глаз столкнулась с медным золотом Сорасы.
Вдалеке снова раздался грохот, за которым последовал плеск воды. Еще одна часть дворца обрушилась прямо в канал. Башня или, может быть, стена – Сораса не могла сказать наверняка. Рев пожара не стихал, поглощая человеческие крики. По мере того как распространялся огонь, нарастала и паника. В окнах зажигались свечи, и горожане выглядывали наружу. По всему Аскалу разносились взволнованные голоса.
Сораса знала, что скоро в городе воцарится хаос. Им нужно работать на опережение.
– Может, она все-таки умерла. – Сораса услышала свой голос как будто со стороны.
«Башня объята огнем, и дворец рушился под нашими ногами. К тому же я пригвоздила ее кинжалом к столу».
Тихий смешок Дома больше напоминал фырканье.
– Я давно отказался от пустых надежд, Сарн. Сама знаешь, мы не настолько удачливы.
– Тем не менее мы еще живы, – ответила Сораса. – Думаю, это уже удача. – Она сделала глубокий прерывистый вдох, пытаясь выбросить эти мысли из головы. – Пошевеливайся, – повторила она, но на этот раз мягче. – Не знаю, сколько времени у нас осталось, но мы должны использовать его по максимуму.
