— Большое. Длинное. Туша заполнила весь наш туннель, а может и чуть больше. Когда оно исчезало в стене, у него оказалось длинное тело, на прохождение которого мимо нас ушло много времени. Что-то вроде червя.
— Черви.
— Та что это, лейтенант? — спросил командир отделения.
— Я же сказал — это черви. Мы должны были догадаться. Переводчики сильфов работают с тем, что могут найти в языковой базе данных. Они назвали их “Анелиады”. Это достаточно близко к “аннелиды”[4], что на древнем терранском означает червей.
— Черви, которые питаются фузитом?
— Возможно. Он может быть пищей, например, термиты едят целлюлозу. Может быть, они отрыгивают ее позже, как пчелы. — Патч на мгновение задумалась. — Оперативный центр должен знать. Туннели, которые они роют, большие. Мы могли бы установить здесь танки.
— И чем их бронировать? Не фузитом же?
— Нет, только не фузитом, если мы не хотим привлечь их внимание. Вероятно, нам нужно зарядить их электричеством, это работает со многими земными насекомыми.
— Насколько я помню, на Терре не было… — Бродéн посмотрел на поперечный туннель, — …десятиметровых червей.
— Согласна, но нужно же с чего-то начать. — Патч достала сенсорный пакет и сняла несколько показаний со стены туннеля, а затем заставила себя сфокусировать его на трупе Панди. — Я знаю, что на самом деле не я здесь командую, сержант, но, думаю, нам нужно отступить и доложить об этом.
— Согласен, лейтенант. Я вызову PL.
Пока Бродéн разговаривал по частному каналу связи с лейтенантом Флэггом, Патч спустилась в поперечный туннель, чтобы вернуться тем же путем, которым они пришли. Она услышала отдаленный крик
— Лейтенант Пашендаль! — и краем глаза заметила движение.
Кто-то схватил ее за лямки рюкзака и вытащил обратно из туннеля. Она почувствовала обжигающий жар, а затем острую боль в левой ноге. Теряя сознание, она скорее почувствовала, чем увидела, как инопланетное существо исчезло в туннеле, где ждали остальные члены отряда.
Патч открыла глаза и увидела только белый свет. Через мгновение ее глаза привыкли, и она смогла разглядеть достаточно черт, чтобы различить выкрашенные в белый цвет стены и потолок.
Больница. Она была ранена и сейчас находилась в лазарете на “Святом Бенедикте”, военном транспортнике ТЭС, который находился на орбите у “Трапписта-1”.
Воспоминания нахлынули на нее, и она попыталась сесть на кровати. Ей нужно было доложить командиру.
— Расслабься, Патч. Я здесь, — раздался голос рядом с ней.
Она повернула голову и увидела окно рядом с кроватью, за которым виднелись две фигуры. Один из них был полковник Аахен, заместитель командующего группой стратегии и разведки и фактический начальник Патч. Рядом с ним был генерал Пламер, руководитель операций ТЭС. Маленькая женщина с беспокойством посмотрела на Патч, а ее высокий подчиненный заговорил снова.
— Не пытайтесь двигаться, Патч. У вас ожоги и отравление химикатами.
Вошла медсестра, с головы до ног одетая в защитную одежду.
— Я заразна? — с трудом выдавила она.
— Нет, но вы очень больны. — Он говорил через коммуникатор рядом с кроватью. — Это для вашей же безопасности.
У Патч было много вопросов, но медсестра сказала ей подождать доктора, который должен прийти примерно через час. Затем она нажала кнопку на одном из пультов, и Патч снова погрузилась в сон.
Когда она открыла глаза в следующий раз, то увидела две фигуры в защитных костюмах. Одна из них была незнакомой, и, вероятно, это был доктор. Другой был генерал Пламер.
— Итак, что со мной случилось?
— Ваш взвод столкнулся с Анелиадами, “червями”, как вы назвали их в своем отчете. Старший сержант, очевидно, отбросил вас в безопасное место, но остальной взвод… Черт, вся оставшаяся рота была уничтожена. Когда мы доставили вас сюда, вы были сильно избиты, ваша нога была раздроблена, и у вас были неконтролируемые мышечные спазмы.
— Нам пришлось дать вам нейроблокатор, чтобы остановить судороги, — сообщил врач. — С вашей периферической нервной системой все в порядке… лучший ответ — она дает сбои.
— Что? Почему?
— Лучшее предположение — это то, с чем мы сталкивались всего дважды. Пока мы называем это отравлением фузитом.
— Фузит инертен, это тугоплавкий металл. Он не может быть ядом.
— К сожалению, в экстремальных условиях это возможно. Около десяти лет назад один техник остановил бурную реакцию антивещества в машинном отделении пассажирского корабля “Миры Чудес”. Ему пришлось открыть внешнюю защитную оболочку и заполнить реакционную камеру фузитом, чтобы остановить реакцию. Еще был рабочий орбитальной термоядерной электростанции, который выжил во время взрыва, потому что он был в основном покрыт фузитом, выделившимся из камеры.
Патч была сбита с толку.
— Конечно, у нас здесь много фузита, но я не была поблизости от каких-либо высокоэнергетических событий.
— На самом деле были, — сказал Пламер. — Черви