Ничего хорошего. . Он снова включил передачу и заблокировал дифференциал.
Выбора не было. Ему пришлось вперед, глубже, в том направлении, куда тянули его щупальца. Какой-то отросток шлепнулся на кабину и заскользил по ней. с дорогой. Поехали.
Монк поехал дальше. Сто ярдов. Двести. Глубже.
Затем он прошел через них. На другую сторону. Ему никак не удавалось повернуть грузовик. .
Вязкая масса подалась. Он снова застрял.
— Черт возьми! — Он хлопнул по рулю, потер лоб.
Он откинулся на спинку сиденья и попытался придумать, .
И тут его грузовик заговорил с ним.
— Что он сказал? — прохрипела Дарт Вейпер.
Монк вздрогнул и огляделся. . Было ли это сном, воспоминанием или он…
Ушел?
И тут он вспомнил. Всё. Металлическая вертолета не изменилась, но снаружи стоял Техасский “коричневый” сезон. . Все уже изменилось.
— Я…
— Мистер Монро, нам нужна эта информация для служб экстренного реагирования, для сопротивления, если мы хотим знать, какие шаги предпринять, что делать с тем, что вы нам дали.
Монк головой. Разобраться в этом было невозможно.
— Просто расскажите, что произошло. Шаг за шагом, мистер Монро. Грузовик заговорил с вами? Продолжайте, пожалуйста.
— Так оно и было, — ответил Монк. — Следующее, что она сказала, было тем, что меня волновало в тот момент. Она сказала, что собирается показать мне, как уничтожить эту инопланетную бойню.
— .
Голос шел из радио. Он звучал так близко, так отчетливо.
Конечно, у него был установлен превосходный комплект объемного звучания, приобретенный на вторичном рынке.
— Есть функция очистки, которая удаляет органический мусор после завершения работы харвестеров позвоночных. Ты, наверное, заметил, что волны подвижности собирают обломки вместе?
Монк улыбнулся, вспомнив о своем старом добром грузовичке. Несмотря на сложную дикцию, ее восточно-техасский акцент , не правда ли?
Затем он нахмурился, подумав, как безумно это звучит.
— Что что оно делает? — ответил Монк.
— нужно убираться отсюда. сейчас устроят азотнокислотную ванну.
Монк встряхнулся. Настало время действовать, если он вообще собирался это делать.
— Глубже, — сказал он. — .
— Согласен.
— Хорошо, .
— Я могу помочь с этим.
— Сначала нам нужно было как-то сдвинуться, потому что я застрял, — сказал Монк.
Дарт Вейпер сидела на своем металлическом стуле и что-то записывала своим заточенным карандашом. Время от времени она откладывала карандаш и брала свой вейп, затягивалась, а затем возобновляла запись.
— Я спустил давление, переключил на пониженную и медленно вперед. Мои шины вязли в грязи, но не так сильно, как раньше. Я слегка покачивал их из стороны в сторону — как это делают, когда едут по грязи, — чтобы края протекторов Nitto, как я надеялся, наконец-то могли зацепиться.
— Я скажу тебе, где находятся твердые места, — сказал мне грузовик.
Монк взглянул на женщину, которая перестала писать и уставилась на него.
— Ничего не говорите, мэм. Энаю, это звучит безумно. Голос доносился из динамиков моего чертова радиоприемника. По крайней мере, я так думаю. Мне показалось, что он звучал у меня в голове, потому что в кабине была такая хорошая звуковая система.
— Пожалуйста, продолжайте, — сказала Дарт Вейпер.
— Окей, и я ответил: Это, несомненно, помогло бы.
— Если бы ты мог сдвинуться влево на 3,72 ярда[48], твои левые передние и задние шины могли бы зацепиться.
— 3,72 ярда, да? — Монк рассмеялся. — А может на четыре? Не слишком далеко?
— Это , — ответил мой чертов грузовик. — Я работаю по памяти. Хотя у меня память [49], я не все видел во время транспортировки из рога.
— Окей, влево на четыре фута, — сказал он.
Он раскачал его. Казалось, слизь никогда не отпустит их, но внезапно . Монк осторожно повел грузовик вперед.
— Теперь поверни под углом 37,4 градуса, — сказал голос.
— Ты имеешь в виду ? — ответил Монк.
— Правильно.
Так он и сделал.
— Газ в пол, человек! — сказал грузовик. — А вот и кислота!
Монк послушался. Позади него раздался какой-то шум, и его ноздри наполнил ужасный горьковатый привкус.
И он оказался на участке твердой земли.
Твердой, какой бы она ни была.