Прыгая и смеясь за руки мы дошли до магазина, где сорванец уболтал меня не только на молоко, но еще и на шоколадное мороженое. “Свадьбы не будет” — меня привлек заголовок журнала на котором была Лия, затем второй журнал “свадьбы не будет, нечестная игра бизнесмена в любовь”. Ого, все журналы сегодняшней датой, 20 января. Мне вдруг стало холодно, трудно дышать. Черт, с этими праздниками не заметила неделю задержки. Нужен тест, срочно.
По пути домой мы зашли в аптеку, себе взяла тест, а своему спутнику гемоглобин со сгущенным молоком, который он съел не дождавшись прихода домой.
Оставив Матвея смотреть мультики, скрылась в ванной, трясущимися руками разорвала упаковку и пописала на тест. Телефон завибрировал, испугалась и спрятала тест на дно своего ящика с прокладками, черт это паранойя нельзя так.
— Валентина, — позвал тигр, хлопая в ладоши, послышался топот его маленьких ножек. Значит мама пришла.
— А я всю кашу сегодня съел, — маленький хвастун.
— Мелкий, — завязал Петров.
Да к нам целая делегация пожаловала. Вдох-выдох, надо дышать, я не могла забеременеть, не могла, это сто процентов.
Посмотрела в телефон, где было сообщение от Ди. Последнее время мы только переписывались, я была не готова встретиться с ней, говорить о ее брате или предстоящей свадьбы, которой похоже не будет. Знала, что Рус укатил в Европу на все праздники и перестал отвечать на ее сообщения, она была раздавлена, но не падал духом, собиралась играть по крупному, когда он приедет.
Ди:”Привет, я соскучилась Мир”.
Я:”Я тоже, Ди)*”
Ди:”Нам нужно встретиться и поболтать, я так больше не могу. Мне кажется, что тебе нужна помощь”.
Я:”Все хорошо, давай встретимся”.
Ди:”Ты только обещаешь, а я в тебе нуждаюсь”.
Этим вечером мы сидели за круглым столом, Ярик сказал, что выставку перенесли на 30 и я обязана на ней присутствовать, другого он мне не простит. Папа был не против, да и не стал даже Олега просить присмотреть за мной, у них и так дел много. Я решила позвать Ди с собой и разрешила Петрову помочь мне с выбором наряда, чтобы я вписывалась в его инсталляцию как и остальные девушки.
Амиран.
Все мои дни проходили с полным контролем всего, что происходит вокруг. Я стал параноиком, который спит по паре часов в сутки и продумывает абсолютно все шаги по отступлению уже после грандиозного пира моей матери. Я наблюдал на то как этой женщине, которая никогда не приписывала себя к числу жен миллиардеров, нравилось руководить процессом создания пира на несколько десятков гостей.
— Я никогда не замечал в ней этого, — признался отцу, сидя в кабинете администратора ресторана.
— Чего? — он отпил из своего бокала, поправляя серый галстук.
— Жажду к этим показным пирам, мне казалось…
— Тебе казалось, что твоя мать святая и не любит власть и деньги? — высказался отец выдыхая.
— Да, мне казалось. — усмехнулся. Спустя столько лет осознать, что я не знаю свою семью, абсолютно чужой для них.
— Да сын, все женщины любят в мужчинах власть, дерзость, возможности, а это все дают лишь большие деньги, тебе ли не знать? — закашлял.
— Да, — мне не хотелось чтобы так было.
— Я знаю, что ты затеял сын. Знаю про дочь Вольного, — выставил ладонь перед собой, в знак того чтобы я молчал, — знаю, что ты роешь сейчас под Гвасилия чтобы взять их за яйца и не собираешься жениться на Лие.
— Даже не буду спрашивать откуда, — сел в кресло напротив него.
— Я только надеюсь, что ты прекрасно всё понимаешь. Этих русских и заграничных девок у тебя может быть миллионы, ты сливаешь на них не мало денег, таская по островам. Но сейчас дело касается полностью твоего благополучия и влияния, а глаза на власть у тебя горят не меньши моих, — последние слова отец выплюнул с презрением, кидая на стол какие-то фотографии.
— Что это? — на снимках Леся, вся в крови, избитая. Мои руки затряслись, какого черта, с ней же охрана, достал телефон, чтобы набрать ребят.
— Остановись, — отец указал на телефон в моих руках, — ты сейчас ничего не изменишь, ее охрана ликвидировано, тело в морге.
— Какого хрена я не узнал об этом сразу? — процедил. Он знал и не сказал, могу ли я доверять?
— Ответь мне на один вопрос, — собрал снимки и убрал их обратно в конверт, — Помнишь ли ты сын, что стало с непобедимым героем того самого эпоса? Орлы клюют его печень, а из-за чего это случилось, только оставь эти присказки про любовь к людям? — отец ждал пока я отвечу.
— Отец, я помню рассказы дедушки Тимура, из-за своей ненасытности? — его присказки всегда меня раздражали, элементы тупого воспитания.
— Давай еще, потому что Амирани был настолько силен, что земля с трудом носила его, — отец жестикулировал руками, встав со стула.
— Да, — какие к черту легенды, я готов сейчас же удавить этих уродов, — а еще он убивал чудовищ, сражался с отцами и похищал девушек.
— Мораль сей басни такова, дорогой сын, что Амирани думал, что он совершенно бессмертен, но
