Разрушительница проклятий полностью

Возможно, всему виной стало осознание того, что смерть неминуема, но теперь Хейвен хотела чего-то большего. Не робко щупающих ее рук парня, чье лицо и имя она уже и вспомнить не могла. Не пьяного, дышащего на нее вином наставника, с которым ей приятнее было справляться при помощи своего клинка.

Большего.

«Пора бы уже решиться», – мысленно отругала она себя, пока Рук излагала план выполнения последнего задания. Солнечная Королева сидела на бревне, держа спину прямо, а плечи – высоко поднятыми, несмотря на явную усталость. Ее статная фигура величественно смотрелась на фоне звезд за спиной, и Хейвен решила, что никогда не видела кого-то более похожего на королеву, чем она.

Сурай – недавно вернувшаяся в облик Солиса – уютно прильнула к плечу Рук, касаясь мизинцем ее руки. Ее темные волосы были распущены и контрастировали со светлыми косами Рук.

Каково это – любить кого-то так? Делиться лишь им двоим понятными шутками и обмениваться секретными жестами?

Укол разочарования пронзил Хейвен. Если Бьорн прав в своих предсказаниях, она никогда уже этого не узнает.

Рук скрестила ноги в лодыжках, демонстрируя свои сапоги из телячьей кожи длиной до колен. На каждом сапоге красовалась золотая пряжка, украшенная бриллиантами.

– Мы с Бьорном обсудили наш следующий шаг, пока вы двое… – зубы Рук сверкнули, когда она усмехнулась, – разговаривали, и единственный способ вернуть последний предмет для уплаты Цены Проклятия, часть рога Королевы Теней, – это вторгнуться в Спайрфолл.

– Это полнейшее безумие, – сказал Ашерон. От звука его тихого голоса по коже Хейвен побежали мурашки, она почувствовала, как кровь отхлынула от лица и собралась, холодная и густая, в животе.

Действительно, безумие.

Несмотря на горячие поцелуи огня, танцующего рядом с кожей, Хейвен плотнее запахнулась в плащ Ашерона.

– А мы не можем как-нибудь ее выманить?

Рук взглянула поверх плеча Хейвен на чернильные облака, закрывающие небо над Королевством Теней.

– По словам Бьорна, Королева Тьмы никогда не покидает замок.

Бьорн кивнул.

– Моргрит нет нужды его покидать. Ее вороны позволяют ей видеть все прямо из Спайрфолла, а гремвиры действуют по ее приказу. Она укрывается в своем логове с тех пор, как было наложено Проклятие.

– Умно, – пробормотала Хейвен. – Как кто-то может снять Проклятие, когда последняя часть уплаты его цены заперта в неприступной крепости?

– Вот именно. – Рук принялась расхаживать вокруг костра с высоко поднятой головой. Она выглядела настоящей принцессой, когда пламя отбрасывало оранжевый отблеск на ее бледно-лунный плащ и высокие скулы. – Вот только крепость Королевы Теней не настолько неприступна, как она думает.

– Что ты имеешь в виду?

– У Королевы Тьмы есть слабость. Она держит смертного принца, убившего ее дочь, в замке, заставляя его заботиться о каждом смертном отпрыске, принесенном в Спайрфолл в качестве жертвы. Только она могла быть так жестока.

Ашерон положил массивную руку на плечо Рук, чтобы удержать ее на месте.

– И как это нам поможет?

Рук свирепо ухмыльнулась.

– Однажды я видела этого смертного принца. Тщеславный, эгоистичный придурок, совсем как ты, Ашерон. – Она подмигнула Повелителю Солнца. – Но полагаю, он готов на все, лишь бы прекратить свои жестокие мучения. Например, сломать пару уровней защиты.

Ашерон тепло рассмеялся и заключил Рук в медвежьи объятия.

– Принцесса Моргани, я готов расцеловать тебя прямо сейчас!

И, верный своим словам, он так и сделал, с чувством поцеловав ее в щеку, отчего Рук принялась яростно извиваться.

– Хватит, – прорычала она, ныряя под его руку и вытирая щеку. – Эти губы касались каждой Солнечной Королевы по ту сторону Сверкающего Моря!

Ашерон бросил обеспокоенный взгляд на Хейвен, прежде чем снова сосредоточить внимание на Рук.

– Ты упоминаешь события почти пятисотлетней давности, когда я был молодым невежественным солдатом. Не заставляй меня ворошить твою длинную историю…

Рук заставила Ашерона замолчать, ткнув локтем в ребра.

– Вернемся к нашему плану, красавчик.

– Что еще мне следует знать? – спросила Хейвен и затем добавила: – Не о любвеобильных губах Ашерона… я сразу поняла, что он тот еще потаскун, как только встретила его. – Рук с фырканьем хохотнула, а Ашерон пристально посмотрел на нее. – О смертном принце. Как нам с ним связаться?

– Это называется соединение сновидений, Смертная, – сказал Бьорн.

Ашерон оставил Рук в покое и повернулся к Хейвен.

– Поскольку она знакома с ним, она может связаться с ним во сне.

– Разве ей не нужна для этого прядь его волос? – Вопрос прозвучал прежде, чем Хейвен успела подумать о последствиях, поэтому она поспешила добавить: – Я где-то об этом читала.

– Сплетение снов, – пояснил Бьорн, наклоняя голову к ней, – это совершенно другое. Навсегда открыть кому-то путь в свои сны – это интимный акт, и очень немногие обладают достаточной силой, чтобы осуществить такое. Единицы готовы мириться с последствиями.

Сердце Хейвен пропустило удар. Навсегда?!