На рассвете Разрушительница Тьмы добралась до места второго взрыва. Она преодолела половину континента Салвейшен, следуя за притяжением ужаса и боли, и пролетела мимо ветшающей Преграды, где обнаружила маленький эмбрийский городок. Он был достаточно значительным для собственных сил ополчения, которые теперь эвакуировали людей у входа в шахту.
По-видимому, устройство находилось внутри.
Когда Разрушительница Тьмы летела над городом, своей тенью закрывая толпу, собравшуюся на центральной площади, люди смотрели на неё: кто-то плакал от страха или от радости, а другие сжимали висевшие на шее крошечные пузырьки, словно растворённый в стекле обсидиан мог защитить их от неё. Словно им была нужна защита.
– Им не следует беспокоиться, – пробормотал голос. – Ты ведь только убиваешь гадких королевских особ.
Разрушительница отмахнулась от голоса и полетела над тропинкой, забитой шахтёрами, лежащими на самодельных носилках, и солдатами ополчения, которые возводили преграды, чтобы помешать людям подойти ближе. Некоторые шахтёры останавливались отдохнуть у редких елей или завалов пустой породы, но солдаты гнали их дальше.
У входа в шахту не было никого, кроме маленького отряда ополченцев, которые ждали воительницу. Когда она приземлилась, люди опустились на колени и приветствовали её. Они были настолько хорошо вымуштрованы, что Разрушительница Тьмы не понимала, боятся ли ополченцы её или зла, попавшего в шахту.
– Разрушительница Тьмы. – Самый пожилой солдат поднялся с колен. – Мы рады, что ты здесь.
– Неужели?
– Я лейтенант Фарр. Спасибо, что прибыла в Силвер-Сан. Жаль, что этого не случилось при более благоприятных обстоятельствах. Полагаю, тебе известно, что на нас напали.
Дева кивнула, разглядывая маленькие серебряные булавки на куртках солдат, означавшие ранг и место службы, – маленькие кружки с расходящимися в стороны лучами. Наверное, они обозначали солнце.
– Мы постарались эвакуировать всех из шахты, но пока зло внутри, искать выживших слишком опасно.
– Расскажите мне, что случилось. – Здесь не было никакой загадки: у входа в шахту выросли острые серебряные зубы, с которых капала кровь цвета ржавчины. Вокруг пахло смертью и рвотой.
– Вчера вечером внутрь вошёл человек под видом шахтёра. – Фарр старался не смотреть на вход, словно мысленно представлял себе всё, что случилось, и думал о том, как их город оказался в такой ужасной ситуации.
Смотреть на шахту было невыносимо.
– Он пробыл там не до конца смены, что стражники сочли подозрительным. Не говоря уж о том, что его никто не знал. А потом появились настоящие шахтёры и сказали, что внутри какое-то устройство, но было уже слишком поздно. Система туннелей начала… – Фарр повернулся к Разрушительнице Тьмы, очевидно, решив, что на неё смотреть приятнее, чем на вход в шахту. – Думаю, ты сама всё увидишь.
Он был прав. Именно воительница всегда видела такие вещи, которые для людей могли оказаться слишком страшными, вещи, которых они не могли вынести.
– Принесите всю горючую воду, какая у вас есть, – приказала она. – И дрова.
Фарр поднял брови, а остальные солдаты с беспокойством переглянулись.
– Если, конечно, шахтёры не хотят пробираться мимо останков своих товарищей, попавших в ловушку.
– Нам нельзя… – Один из молодых солдат взглянул на неё и вздрогнул. – Нам нельзя их похоронить?
Разрушительница Тьмы вскинула голову.
– Если после пожара что-нибудь останется, можете забрать. Но я не думаю, что вы захотите туда войти даже после того, как я очищу шахту от зла.
Солдат попятился, и на его лице появилось такое выражение, словно его вот-вот стошнит.
– Шахтёров, которые сумели выбраться из шахты, но находились там, когда устройство взорвалось, посадите на карантин. Я проверю, не проникло ли в них зло. – В городе не должно было остаться даже его мельчайших частичек.
Разрушительница Тьмы отвернулась и вошла в шахту, не дожидаясь согласия солдат. Они повинуются. Они слишком напуганы, чтобы спорить.
Как только Разрушительница сделала несколько шагов внутрь, вход в шахту закрылся с громким треском и грохотом камня, и пещера погрузилась в темноту. Когда в туннеле снова стало тихо, дева услышала, как солдаты зовут её и спрашивают, всё ли хорошо. Ей не хотелось кричать, и она решила игнорировать их.
В этой части пещеры не было света, потому что вход был завален, и даже глаза Разрушительницы не смогли заметить ни малейшего проблеска.
Но она недаром была Разрушительницей Тьмы. У неё всегда был с собой свет.
Бледный огонь окутал её руки, осветив проход в кромешной темноте. Конечно, он тоже оказался болезненным, но больше походил на слабую головную боль или боль от синяка, и она могла с этим мириться.
На стенах она заметила кривые серебряные зубы, изогнутые и странные, покрытые кровью. Туннель впереди сжимался и снова расширялся медленными, ритмичными движениями, словно глотал.
Добраться до устройства можно было только по этому туннелю.
