Только далеко за полдень они выбрались из лабиринта улиц, и дорога в предгорьях стала шире. Впереди простиралось зелёное дрожащее летнее марево, которое выглядело обманчиво спокойным.
Но Разрушительница Тьмы чувствовала на юго-западе присутствие Преграды, потрескивающей под напором тёмных сил. Она увидела истончившийся купол над голубой бесконечностью в окружении двух десятков давно заброшенных сторожевых башен.
Люди действительно давно перестали защищаться.
Разрушительница посмотрела на принца.
– Полагаю, твои люди достаточно нас рассмотрели. Если хочешь, я могла бы полететь впереди…
– Нет, – ответил он, – мы останемся вместе.
Она пожала плечами.
– Это твоя свадьба. Если она узнает, что её могли освободить на час раньше, тебе самому придётся с ней объясняться.
Принц посмотрел на неё таким взглядом, что стало ясно: он знает, каким ужасным будет этот брак. Они пустили лошадей лёгким галопом, которые пришли в восторг, и вскоре на их шеях и боках выступил пот.
Когда-то тысячу лет назад осколок души Разрушительницы выращивал лошадей для монархов Эмбрии, и с тех пор воительница любила ездить верхом. Хотя это не могло сравниться со свободой полёта, когда лошадиные копыта отстукивали ритм один-два-три-четыре, у неё появлялось ощущение глубокой связи с землёй, за которой следовал невероятный момент подъёма, когда все части лошадиного тела зависали в воздухе. Разрушительница поражалась, как такое крупное существо, способное поднять человека, не только могло ходить на своих тонких ногах, но и бежать, почти летать.
Они проехали примерно лигу, прежде чем лошади начали фыркать и перешли на рысь, а затем и на шаг.
– Расскажи мне, что случилось во время последнего Вторжения. – Разрушительница была не против молчания – обычно она была одиночкой, – но смертные чувствовали себя лучше во время беседы. К тому же ей были нужны ответы, а они находились на расстоянии нескольких лошадиных корпусов от стражников. Теперь их почти никто не слышал.
Принц Рун искоса взглянул на неё.
– Наверняка ты помнишь это лучше меня.
– Я хочу услышать, что, по твоему мнению, случилось. – Это была не совсем ложь.
– Хорошо. – Он оглянулся на стражников и подъехал поближе к ней. – Но прежде чем я начну, позволь заметить, что тебе вряд ли понравится история, которую рассказывают люди.
– Я не накажу тебя за то, что ты первым сообщил мне правду, принц Рун. Говори свободно.
Он натянуто улыбнулся, но на его лице не было уверенности.
– Я не знаю всего. Большая часть подробностей утеряна, потому что люди, знавшие о них, умерли.
Это определённо не была история, которая придётся Разрушительнице по душе.
– Однажды появились первые признаки Вторжения, и тебя вызвали и отправили в место под названием Санвью.
– Я помню Санвью. – Сердце Разрушительницы болезненно сжалось. Это был незначительный город. Там не было шахты и промышленности, всего лишь несколько ферм, амбар, а также мастерские кузнеца и сапожника. Он даже находился вдали от главной дороги. Санвью был мирным маленьким городком, населённым мирными людьми.
Его самой примечательной чертой было то, что он находился рядом с Преградой.
За прошедшие тысячелетия Разрушительница Тьмы видела много смертей, но та сцена была особенно ужасной. Когда её призвали и направили в Санвью, было уже слишком поздно, и сопровождавшие её Вестники Рассвета, воины, чьи мечи покрывала кровь бесчисленных битв, рыдали. Целый город был пропитан злом, в тени таились демоны. Дома превратились в зияющие черепа, а улицы поднимались в воздух и обворачивались вокруг людей, сжимая их, как питоны. Повсюду были кровь и растёртые в порошок кости, никто не выжил, не было даже останков, которые можно сжечь.
Разрушительница нашла демонов и убила их, но прежде они успели жестоко убить трёх Вестников Рассвета. Она не знала их имён, но каждая смерть глубоко отозвалась в ней, словно они были знакомы сотню лет. Такое всегда происходило, когда умирали её воины.
С тяжёлым сердцем воительница опрыскала Санвью горючей водой и швырнула туда факел. Огонь пылал около полутора суток, уничтожая следы кошмара.
Воспоминания она держала в себе. Обычно люди не любят слушать о кровавых подвигах своей героини. Они желали, чтобы воительница была олицетворением праведного гнева и священного света нуменов. Они хотели получить незапятнанную победу. Никаких мёртвых детей, которых следовало сжечь, никаких городов, обращённых в пепел, никаких умерших, которых надо оплакивать.
– Да, – продолжал принц, по-прежнему уверенный, что её не трогают человеческие потери, – это были всего лишь первые сбежавшие демоны. В Преграде оказалось слабое место, которое никто не заметил, и чудовища пробивали его до тех пор, пока не оказались на свободе. После нескольких других нападений ты велела жителям трёх королевств уйти в города. Послушались не все. Тысячи людей погибли, отказавшись спасаться…
Разрушительница Тьмы покачала головой.
