– Как и говорил, я не принимаю решений о проведении испытаний. Я не король. Тебе нужны мои родители.
Разрушительница Тьмы взглянула на короля с королевой. У них был такой вид, словно они не собирались устраивать испытаний Вестников Рассвета. Ни сейчас, ни когда-либо ещё.
– Ты сама говорила, что наши войны стали топливом для Зла, – продолжал принц. – Позволь мне покончить с войнами. А потом придумаем, как положить конец Вторжению.
– Ничего не выйдет. Вы каждый день наполняли свою чашу ядом, а теперь, когда выпили целую бочку, хотите положить этому конец. Яд нельзя исцелить другим ядом. Вы все умрёте.
– А разве безопасно быть твоим Вестником Рассвета?
– Ты принц. Ты и не должен быть моим Вестником Рассвета.
– Наконец-то, – пробормотал король Опус. – Она сказала разумную вещь.
– У тебя есть возможность не обращать внимания на наши политические проблемы, – продолжал принц Рун, – но у меня такой возможности нет. Я должен смотреть им в лицо. Эмбрия захочет получить объяснение смерти своей наследной принцессы. Ты можешь позволить себе не занимать ничью сторону, но я не в том положении. Я должен решить этот вопрос.
– Твои руки не связаны. У тебя есть выбор, и лучшим выбором будет остановить Вторжение. Сражайся вместе со мной.
Принц Рун шумно выдохнул сквозь стиснутые зубы.
– Я обещал тебе помочь, – сухо сказал он. – И я это сделаю.
– Теперь твои обещания для меня ничего не значат, Рун Хайкраун. – Разрушительница раскинула крылья. Возможно, она была с ним слишком сурова, но ситуация начала её раздражать. Он был её единственным Вестником Рассвета, хотя ему и не следовало им быть, потому что у членов королевской семьи другие обязанности. И к тому же он, вполне возможно, был осколком её души. А теперь он собирается уйти на войну и оставить её ни с чем? Вторжение не станет ждать готовности принца или целого мира. – Я согласилась пойти с тобой, чтобы спасти принцессу. Я разрушила твоё место зла. Я сдержала своё обещание, но ты, кажется, забыл, что обещал мне помочь.
– Я ничего не забыл, – прошипел принц. – Я просто прошу тебя подождать. Разве ты не понимаешь, в каком я положении?
Она стиснула зубы и прищурилась. Её крылья были широко раскинуты. Несколько человек отступили, но Разрушительница Тьмы не обратила на них внимания.
– Ну же, – дразнил её принц Рун. – Улетай, если тебе наплевать на наши ничтожные проблемы. Брось своего единственного друга в этом рушащемся мире.
– Мы не друзья.
Принц дёрнулся, словно от удара, и Разрушительница поняла, что вновь перешла черту, но было уже слишком поздно. Рун сердито шагнул к ней и тихо прорычал:
– Я вызвал тебя и доверился. Я верил в тебя, когда не верили другие. Возможно, я тебе не нравлюсь, но я единственный, кто не хочет, чтобы ты вернулась на остров Винтерфаст и проспала следующую тысячу лет.
– Молчи, мальчишка! – начал было король Опус, но Разрушительница не дала ему возможности закончить.
– Возможно, ты мне и доверяешь, – сказала она, – но я не могу доверять тебе. Особенно теперь, когда ты что-то от меня скрываешь.
Принц Рун с горечью рассмеялся.
– Ты хочешь узнать о том, о чём не можешь вспомнить? Хочешь узнать, почему все тебя боятся?
Она осмотрела двор, заметив на лицах потрясение и страх: это выражение застыло не только в глазах советников, но и в глазах стражей на стене, конюхов и тех, кто выглядывал из окон замка.
– Сейчас мы не будем об этом говорить.
– Нам придётся об этом поговорить. Почему бы не прямо сейчас? – Принц Рун дрожал от ярости. – Дело в том, что четыреста лет назад, вернувшись из Зла, ты обратилась против нас.
Разрушительница Тьмы застыла, словно её тело сковал лёд. Все присутствующие испуганно ахнули, прикрывая рот рукой.
– Ты убивала нас.
Разрушительница не чувствовала своих рук. Своих крыльев. Она не чувствовала ничего, кроме инстинктивного желания отрицать обвинение. Оно не могло быть правдой.
– Нет, – чуть слышно прошептала дева, умоляя. – Я не могла этого сделать.
– Но ты это сделала. – Принц Рун говорил ровно и спокойно, словно зная, как глубоко эти слова ранят её. Он посмотрел ей в глаза и добавил: – Ты убила всех членов королевских семей в каждом королевстве. Ты такое же чудовище, как и те, кого ты убиваешь.
Она оскорбила его, и принц решил ответить ей тем же. Он даже не задумывался, стоит ли это делать. Но как только слова были сказаны, Рун понял, что совершил ошибку.
Он сказал Разрушительнице Тьмы правду о Красном Рассвете.
Целое мгновение пролетело в молчании – сердце Руна бешено стучало, а на лице Разрушительницы Тьмы застыл ужас. Потом она развернулась, выхватила меч, и, прежде чем он успел подумать, не собирается ли Разрушительница убить ещё одну королевскую семью, она поднялась в воздух и промчалась мимо открытого окна на третьем этаже. Стоявшая перед ним девушка торопливо скрылась внутри.
На дворе воцарилась тишина, нарушаемая лишь шумом ветра, тихим фырканьем лошадей и городским гулом у подножия горы.
– Что произошло? – тихо спросила Грейс, переводя взгляд с неба на Руна. – Что ты сделал?
