Разушенный мальчик (ЛП) полностью

— Джеремайя, — умоляю я его, хоть раз поддавшись на его игру. — Пожалуйста, позволь мне.

— Ммм, — говорит он, рука под моей футболкой поднимается выше, эти голоса становятся все громче. Он проталкивает свое бедро между моих ног, и я задыхаюсь. — Мне нравится, когда ты умоляешь меня, детка. Давай, — он поворачивает голову, проводит ртом по моей щеке, к уху. — Откуси.

Я так и делаю, стиснув зубы на батончике, когда его пальцы добираются до нижней части моего спортивного бюстгальтера, а затем проскальзывают и под него, когда я снова задыхаюсь, его бедро сильнее сжимается между моих ног.

Я слышу голоса прямо за ним, смех тоже, потом он стихает, резко, и я не сомневаюсь, что они смотрят на моего брата, прижимающего меня к этому дереву.

Я закрываю глаза, чувствую вкус шоколада на языке, когда жую, проглатывая первый кусочек.

— Что ты скажешь? — спрашивает он, его дыхание касается моего уха.

Мои соски напрягаются, когда он ласкает мою грудь, сильно сжимая ее.

— Спасибо, — бормочу я.

Он щиплет меня за ухо, вызывая трепет в моем животе.

— Кого ты благодаришь, сестренка?

Я задыхаюсь, мои пальцы впиваются в его предплечье, когда он перемещает руку к моей другой груди, разминая мою плоть, разжигая мою кровь.

Я знаю, что он хочет услышать.

— Спасибо, брат, — шепчу я ему в щеку.

Он стонет, сильнее прижимаясь к моим бедрам, а затем проводит линию по моему горлу, прежде чем его рот снова оказывается на моем.

— Ну что, это было так трудно? — шепчет он, положив батончик гранолы рядом с собой, когда я открываю глаза и смотрю в его.

— Нет, — признаю я, чувствуя, что вся краснею. — Это было не так.

Он улыбается, наконец отстраняется, проводит рукой по моим сиськам, вниз по животу, затем из-под футболки. Я отпускаю его предплечье, и он предлагает мне оставшуюся часть батончика.

— Ешь, детка, — я беру батончик, а он продевает свою руку через мою свободную, тащит меня обратно на тропинку и ведет нас к Николасу и Рие, а у меня голова идет кругом.

— Я вхожу! — голос Рии эхом разносится по ручью, Николас уже у основания водопада, ухмыляясь ей вслед.

Риа подпрыгивает с разбега, затем свободно падает с короткого перепада в бассейн с водой, Николас с криком ловит ее, когда она приземляется.

Эта вода, должно быть, ледяная. На улице жарко, но сейчас только весна. Тем не менее, у водопоя полно людей, и мне это не очень нравится.

Я смотрю на Сид, сидящею рядом со мной на одном из камней у края. Водопад шумит на заднем плане, заглушая мои слова от посторонних ушей, когда я спрашиваю: — Хочешь войти?

Риа и Николас оба носили свои купальники под одеждой, но я знаю, что Сид этого не делала. Я нащупал ее спортивный бюстгальтер под футболкой.

Она держит рюкзак рядом с собой на камне, ее колени близко к груди, но не подтянуты до конца. Ребенок, я думаю, мешает.

Интересно, не стесняется ли она себя? Она небольшого роста, и какое-то время вообще не показывалась. Сейчас она не показывает, но я почувствовал ее бугорок под своими пальцами, когда прижал ее спиной к дереву.

Одна мысль об этом заставляет меня хотеть трахнуть ее прямо здесь, на камнях.

Ее серые глаза встречаются с моими, и она вскидывает бровь.

— Ты бы поплавал там?

Я улыбаюсь, качая головой.

— Похоже, ты думаешь, что я не развлекаюсь.

Ее глаза расширяются.

— Да, — говорит она, плотнее обхватывая руками колени, — потому что это не так.

Я сдерживаю смех, мои ладони лежат позади меня на теплом камне, моя сумка все еще на моих плечах.

— Я развлекаюсь. Когда этого требует время и место, — я провожаю взглядом ее тело. — А прямо сейчас, думаю, я бы не отказался немного повеселиться.

Ее щеки розовеют, и она закатывает глаза, в ее чертах промелькнуло что-то такое, от чего мне стало не по себе. Что-то похожее на боль, когда она нахмуривает брови.

Интересно, думает ли она о нем?

О том, что я показал ей прошлой ночью.

Он — кусок дерьма.

Она сопротивлялась мне все это время, а он уже трахает двух женщин. Он отвратителен.

Интересно, что бы она почувствовала, если бы узнала, что он сделал со мной в той пещере во время моего первого Ноктема.

Но я не хочу, чтобы она выбрала меня, потому что ей жаль меня. Это дерьмо просто выводит меня из себя.

— Давай зайдем в воду, — говорю я ей, вставая и протягивая ей руку.

Она настороженно смотрит на нее, затем опускает глаза к животу, сглатывая. — Я в порядке, — настаивает она, указывая подбородком на бассейн позади нас. — Залезай, и я буду в порядке.

Я смеюсь над этим, обхватываю пальцами ее запястье и рывком убираю ее руку с голеней.

— Смешно, сестренка. Я не оставлю тебя здесь одну, — я оглядываю семьи вокруг нас, собак, парочки.

У меня в рюкзаке нож. И пистолет тоже. Мне придется оставить их обоих на берегу, чтобы войти в воду, но я хочу, чтобы ее задница была там.

Я хочу, чтобы она тоже получила удовольствие.

Неохотно она позволяет мне оторвать ее от скалы, и я притягиваю ее к себе, смеясь, когда она упирается ладонями мне в грудь.

— Пойдем, найдем место, где ты сможешь переодеться.

Ее глаза расширяются.