Сквозь шум в ушах и бешеное биение сердца он слышал крики, но не обращал на них внимания, пока его не оттащили от валяющегося на алом снегу Юрки.
Влад с удовлетворением оглядел поле боя. Все, как и хотел.
– Полицию вызывайте! – взвился чей-то истеричный голос.
– Не надо… – Юрка приподнял голову прохрипел сквозь бульканье крови: – Не надо полицию…
– Надо! Ты не понимаешь ничего, тебе башку отбили! Скорую! Скорую вызовите!
Влада пытались задержать, но он стряхнул чужие руки со своих плеч и пошел прочь. Через несколько десятков шагов он остановился и задумался: может, вернуться к Хель? Но посмотрел на свои сбитые костяшки, заляпанную кровью одежду и передумал. К тому же – что он может ей сказать? Как утешить Лею? Как?
Он вообще не представлял, что теперь можно сделать, как склеить обратно разлетевшийся на куски мир маленькой темноглазой девочки, которая стала ему такой близкой.
Ну и полиция может все-таки приехать. Не надо ей этого видеть.
И Влад снова поплелся куда глаза глядят. Не такой уж большой этот Академгородок, не заблудится. А если и заблудится в окрестных лесах – так и черт с ним.
Новосибирская погода очень быстро ему напомнила, что начало декабря даже в более южных широтах – не сахар. А здесь мороз и вовсе не шутит. Пока бурлящая кровь горячила нутро, Влад шагал вперед, но когда адреналин схлынул – он вдруг понял, что выскочил, в чем был, без пальто. Замерзшие пальцы уже почти не гнулись, когда он вынимал телефон из кармана, чтобы вызвать такси.
В гостинице Влад выгреб из мини-бара весь алкоголь, набрал горячей – насколько мог выдержать – воды в ванну и погрузился с головой, чувствуя, как болезненно ломает окоченевшее тело.
Он откинул голову на бортик, сопровождая каждый спазм глотком виски, рома или текилы из крошечной бутылочки. Полил водкой сбитые костяшки, морщась от жжения.
Хреново было невыносимо.
Кроме прочего, Влад сложил в одну стопочку известные ему факты: то, что муж для Хель был вторым мужчиной, то, что после развода, по ее словам, она ни с кем до Влада не встречалась, да и после переезда было некогда… Посчитал свой порядковый номер в ее жизни, и ему стало нехорошо. Как она со своей страстностью умудрилась не броситься во все тяжкие?
И как ему жить с такой ответственностью?
Он снова погрузился под воду, открыл глаза и смотрел сквозь зеленоватое марево на яркие светильники на потолке ванной.
Что теперь с этим всем делать?
Он не сомневался, что Хель не питала иллюзий на тему своего бывшего. Она была слишком умна для этого. Но наверняка защищала дочь от его обвинений. Защитила бы и сейчас, если бы они не расшумелись в прихожей, а этот… Юрка включил мозг и не начал нести свой бред.
Влад достаточно доверял своему умению разбираться в людях, чтобы понимать, кто тут прав, а кто – просто обиженный урод, которому абсолютно похрен, что будет после его слов. Он даже не сомневался, что у Хель или у так называемого папаши найдутся в роду и темные, и темноглазые.
Кулаки снова зачесались. Мало все-таки врезал, раз тот еще болтать мог. Ох, мало…
Мышцы горели огнем. Тело требовало бить – и бежать. Бежать к Хель. К Лее. Спасать. Выворачиваться наизнанку. Лишь бы не видеть больше их слез.
Но что он мог сделать?
Даже если он убьет этого Юрку нахрен, сказанных слов не отменить.
Это не саблезубый тигр, от которого можно защитить ценой своей жизни.
Это хреновы каменные джунгли, где убивают словом.
Влад выпил еще одну бутылочку с абсентом. Разгоряченную голову повело.
Вот отец со своим опытом юриста в самых разнообразных обстоятельствах – он выкрутился бы. Его никогда не ограничивали ни законы, ни правила морали. Мораль придумали умные люди, чтобы глупые не мешали им устраивать свою жизнь так, как хочется.
Влад в девяностых был еще ребенком, он не выгрызал право на собственную судьбу, как отец. У него просто мозги не поворачиваются так, чтобы придумать выход из ситуации.
Станет ли Лее лучше, если он убьет ее отца?
Забьет нахрен, как бешеного пса?
Ой, вряд ли.
Он отказался от дочери, но она-то – она привыкла его любить.
Эта озорная, яркая девчонка умудрилась полюбить даже Влада.
Даже Влада…
И тут он поперхнулся ромом из очередной крошечной бутылочки.
Так вот же оно! Вот решение!
Утром Влад отправился к знакомому дому – на этот раз плотно упаковавшись в самую теплую дубленку, что смог найти в ближайших магазинах. Но долго ждать не пришлось: Хель с Леей и еще какой-то незнакомой женщиной в возрасте вышли почти сразу. Завидев Влада, Хель вздрогнула и что-то сказала женщине.
А сама пошла ему навстречу.
Это было не по плану, но Влад сделал несколько быстрых шагов и дернул Лею за косичку:
– Привет, принцесса, ты знаешь, что у меня с собой подарки для тебя?
– Нет, нет, не надо! – начала женщина, Хель тоже попыталась вклиниться между ними, и он просто отдал сумку с куклами, не сопротивляясь.
– Что ты хотел? – прошипела Хель, оттаскивая его в сторону. – Тебе вчерашнего мало было, что ли?
– Более чем достаточно! – заверил Влад, быстро оглянувшись. Снег почистили, но под скамейкой еще были видны красноватые следы.
