Через какое-то время колеса атомокара перестали вязнуть в песке, машину стало немилосердно трясти на затвердевших барханах — приближалась граница пустыни и каменной пустоши. Несколько раз ощутимо подпрыгнув, вездеход бодро вскарабкался на возвышенность, перевалил за вершину и неуклюже остановился, чуть подавшись в занос на твердом каменистом грунте. Прямо перед капотом, на изрытом мелкими кратерами и оплавленными плазмой воронками плато, возвышались исстрелянные до дыр, обгоревшие и порядком занесенные песком остовы десятка грузовых контейнеров, выставленных в правильные улицы и кварталы. Тут и там из песка торчали обломки пластиковых панелей, обожженные металлические каркасы и сожженные покрышки. Несколько минут обе девушки не могли проронить ни слова, пораженные удручающей картиной, развернувшейся перед глазами. Все выглядело, как историческая хроника древних войн в истории человечества — разрушенный бомбардировками, сожженный, уничтоженный город. Только не на экране, а вполне осязаемый и настоящий.
— Приехали… — Осторожно выйдя из атомокара, Кира взяла автомат, махнула рукой Анжеле «сиди тут» и медленно пошла к ближайшему обожженному дому-контейнеру.
— Кира, не надо… — Почти беззвучно прошептала Кортес, словно боясь потревожить разрушенный поселок. — Не ходи туда. Вдруг там снова ревуны!
— Тут камень. Им некуда закопаться. — Так же тихо прошелестел в наушниках голос Наполи.
— Зачем ты туда идешь? Что ты хочешь найти?
— Анжела, мне кажется, я уже знаю, что там найду.
Ставшая совсем маленькой на фоне огромного двухэтажного остова, фигурка скрылась внутри. Связь сразу резко ухудшилась, экранированная металлическим каркасом. Кортес почувствовала странную смесь эмоций — паники, страха и одиночества. Она судорожно оглянулась, но никого не увидела. Ей все время казалось, что она что-то слышит, в приступе паники она сдернула с головы гарнитуру и прислушалась — только ветер тихо завывал в обгоревших ржавых фермах и трепал остатки обшивки. Она снова нацепила гарнитуру:
— Кира, ты что-нибудь видишь?
— Вижу хлам и обломки по колено. Идти трудно, ступить некуда. Пожарище.
— Пожарище?
— Выгорело все. От плазмы металл сильно оплавился, потом начался пожар. В свежей атмосфере много кислорода. Черт, надо было шлем надеть, гарью дышать невозможно.
— Выходи уже…
— Я еще не увидела ничего. Придется покопаться немного. — Резкий короткий воющий звук прорезал наушники.
— Кира, ты слышала!
— Что?
— Звук! Как будто кто-то кого-то раздавил!
— Твою мать, Лика, ты меня напугала. Это я дверь открыла. Заржавело тут все…
От неожиданности Анжела рассмеялась нервным истерическим смехом, в унисон ей голосом Киры рассмеялись наушники. Вдруг раздался ужасный скрежет, и огромный обгоревший контейнер сложился, как карточный домик, накрыв собой Наполи.
— Ки-и-ира-а! — Кортес выскочила из кабины и со всех ног бросилась на помощь. — Ки-ира-а! Кира, ответь! Ответь пожалуйста! Ответь! Пожалуйста!
Вблизи гора обломков выглядела еще внушительнее. Анжела принялась остервенело хватать все подряд, что попадалось под руку, и откидывать назад, разгребая завал и выискивая глазами подругу среди ржавых ферм. Вскоре заныли руки, пот разъедал глаза, на зубах заскрипел песок, но девушка не думала останавливаться. Напротив, она ускорила темп. Увидев посреди обломков рубчатую подошву ботинка, испанка обрадовалась, но затем в ужасе подалась назад — нога Киры покоилась среди горстки человеческих костей, рядом виднелся череп с пустыми глазницами. Преодолев страх и отвращение, Кортес снова принялась расчищать затянутое в бронекостюм тело от тяжелых заржавелых фрагментов. Наконец показалась рука, затем плечо, затем и голова Киры. По обсыпанному ржавой пылью и сажей красивому лицу струилась кровь. Осторожно вытащив подругу на открытое пространство, Анжела, глотая слезы, изнеможенно упала на колени. Наполи открыла глаза.
— Где твой автомат, стажер?
— Диос мио, какой автомат? Я тебя едва вытащила, долбанная ты взрослая подруга! — Испанка подняла руки, что бы обнять Киру, но боялась к ней прикоснуться. — Зачем ты туда полезла, сумасшедшая, ты… ты…
— Принято. Сумасшедшая. — Наполи снова прикрыла глаза.
— Не закрывай глаза! Не вздумай закрывать глаза! Говори со мной! — Что было силы закричала Лика. — Никогда, слышишь, никогда не смей оставлять меня одну!
— Анжелка, чего ты так орешь? Я же в броне, «ратник» все поглотил, только по голове сильно приложило, и наушники потерялись. Сейчас, погоди, бабочки порхать перестанут, и поедем домой.
— Кира! Как же ты меня напугала, Кирка! Вале эстас лока, мать твою! — Все еще навзрыд, глотая слезы, прокричала Кортес. — Нашла, что искала? Что за кости там повсюду?
— Это колонисты, Лика. Это настоящий город колонистов… — Кира устало прикрыла глаза — Это мотив.