Вернувшись из Курганской области, я многим, в том числе коллегам-учителям, рассказывала о поступке Лидии Терентьевны. Одна из учительниц с этакой скептической гримасой заявила: «Ну, знаете, не то главное — где защищалась дочь Мальцева. Главное — выбор темы для защиты и научного руководителя. А уж тут без Мальцева-старшего или его имени не обошлось». Пыталась переубедить ее: у Лидии Терентьевны и фамилия-то другая — по мужу. А главное, противоестественно ставить рядом такие слова, как «Мальцев» и «протекционизм». Нет, обыватель никак не может поверить в человеческое бескорыстие, благородство. Отчего это? Возможно, оттого, что сам не способен на такие поступки, а потому и всех остальных людей меряет на свой аршин.
Корреспондент. — Пожалуй, тут есть и наша вина, журналистов. Не всегда умеем ярко и убедительно рассказать о людях — носителях высоких, подлинно коммунистических норм нравственности, показать во всей глубине их духовную красоту.
Е. С. Рудольская. — Рассказывать о ярких личностях, конечно, очень важно. Но в нравственном воспитании ничем нельзя заменить силу личного примера. А пример должны давать представители старшего поколения, родители и, прежде всего, родители-коммунисты. Давайте откровенно: учиняют ли в наших партийных организациях спрос с родителей за воспитание своих детей? За что угодно спрашивают — за план, за внедрение новой техники, за шефскую помощь селу, только не за воспитание собственных детей!
Молодой человек, обращаясь к Ю. З. Черезову. — Мне кажется, вы не совсем правильно истолковали письмо из Новороссийска. Судя по всему, автор его не за то, чтобы удовлетворять всевозможные прихоти под видом потребностей. Он осуждает таких людей, которые дорвались до власти, чтобы устроить себе особую жизнь, этакий оазис с неиссякаемым фонтаном дармовых благ. Они-то и дают простор своим непомерно раздутым потребностям…
Корреспондент. — В этом письме, видимо, в запальчивости несколько смещены понятия. Автор, думаю, имел в виду не столько потребности, сколько возможности их удовлетворения различными категориями населения. Но вряд ли можно согласиться с утверждением, что воспитание культуры потребления у каждого человека — пустая болтовня, пока не установится равенство в удовлетворении потребностей всех. В письме есть еще и другие слова, которые, пожалуй, с наибольшей точностью подтверждают сказанное выше о роли личного положительного примера коммунистов в нравственном воспитании. Хотя вывод делается противоречивый, вряд ли правомерный. Напомню его: «До тех пор, пока коммунисты всех рангов не станут такими принципиальными, бескорыстными и скромными, как Ленин и его соратники, пока идеалы, провозглашенные Октябрьской революцией, вновь не будут приняты как руководство к действию руководителями всех рангов, до тех пор слова о воспитании, о положительных примерах останутся пустым сотрясанием воздуха». Что скажут по этому поводу участники «круглого стола»?
Голоса. — Очень правильные слова!
— Давно пора напомнить ленинские нормы, особенно некоторым руководителям!
Женщина. — Преподаю литературу. Фамилия — Ларионова. Случайно узнав об этой встрече из объявления, не могла удержаться, чтобы не прийти. И вот о чем хочу сказать. Мы очень много рассуждаем о воспитании разумных потребностей, о справедливости, искоренении протекционизма, злоупотреблений и прочих, как их сейчас деликатно называют, негативных явлений. Абсолютно согласна: надо воспитывать и, прежде всего, подрастающее поколение на положительных примерах. Но не слишком ли часто примеры совсем иного рода подают люди, власть предержащие, руководители различных рангов?
Как я могла объяснить моей ученице-восьмикласснице такую вот ситуацию? Однажды на уроке мы вели разговор о моральном облике нашего современника, таких его нравственных чертах, как скромность, бескорыстие, справедливость, самоотверженное служение людям. И вот восьмиклассница рассказывает о своих соседях. Глава — инвалид Отечественной войны, у которого нет ног. Жена тоже инвалид, всю войну проработала на заводе, выпускала танки. Вместе с ними живет дочь с семьей, где трое детей. На всех семерых — две крохотные комнатки, а улучшить жилье им обещают уже пятнадцать лет. У семьи моей ученицы имеется садовый участок с летней избушкой. А почти напротив сооружена капитальная дача, которую все садоводы с издевкой называют «терем-теремок». Она принадлежит одному из бывших руководителей областного масштаба, недавно вышедшему на пенсию.
