— Отлично, — уснули крепким сном. У нашей Женечки появился поклонник.
— Серьёзно? Тимка шустрый малый, — одаривает меня по-мужски обворожительной улыбкой и шутя подмигивает. — Нашего поля ягода. Ха-ха-ха! Осталось ещё Янку приручить, чтобы перестала грустить и смущаться. Присаживайся Златовласка. Пора начинать чувствовать себя, как дома. Лер, я руки вымою и вернусь. Жека где?
— Сейчас спустится, — Валерия кладёт букет на стол и уходит в кухню, вероятно за вазой. Хозяин дома следует за ней.
Ощущаю под лопатками волнующее тепло и резко оборачиваюсь, встречая загадочную улыбку гонщика.
Женя стоит, облокотившись на арку, молча наблюдает за мной. Такой же дерзкий и красивый. С распахнутой до середины груди белоснежной рубашкой, с подкатанными рукавами, открывающими вид на мускулистые сильные руки. Засматриваюсь на кисти с крупными жгутиками вен, на предплечья, на крепкую шею… и меня словно парализует. Не знаю, от чего больше: от исходящей мощной подавляющей энергетики или от того, что я каждый раз ощущаю нутром, видя его гипнотический взгляд с золотисто-медным отблеском.
Евгений
Трусиха. Стесняшка. Зайчона. Златовласка. Чудо. Принцесса. Лапочка. Красавица, — смотрю на неё, подбирая в уме уменьшительно-ласкательные для её образа, но на данный момент ничего так не клеится, как словосочетание «Зачарованная Ведьмочка в чулках». Знала бы, сколько труда мне стоило не завалить ее на постель и не взять в горячей спешке.
Только напором больше брать не хочется. Как оказалось, Яна слишком нежная девочка. С ней, как со Стеллой, не прокатит. Она закроется в своей раковине мгновенно, и хрен вытащишь оттуда, пока не раздавишь панцирь. Сломается, подчинится против воли, превратится в холодную куклу. Я же ощутил, какой пламенной она может быть по собственному желанию. Прочувствовал. Подсел на этот «ураган», словно на наркоту. С ней выбрасывает в космос за считанные секунды…
Наблюдал за ней, когда Вал дарил цветы Лере и грусть в её глазах, как кнутом по голой коже, больно жгла. Самому хотелось вытащить её букет из тайника и вложить прямиком в руки.
«Терпение, старик — ключ к победе…» — прокручивая в голове, держал себя в руках. Перспектива испортить вечер абсолютно не прельщала.
«Ты представляешь, как я буду выглядеть перед твоей девушкой, Жень? Хочешь довести её до отчаяния?»
Я час уговаривал Завальского по телефону не покупать Яне цветов, потому что своей женщине я хочу дарить их сам.
«После твоего букета она попросту не словит кайф. Я хочу от Яны чистых, неразбавленных эмоций. Понимаешь? Мне твоя галантность сейчас… вот совсем не к чему…»
«Кто бы говорил, чертов ты засранец! Ты себя вспомни и ландыши свои для Лерки, воздыхатель, млин…»
Этот впечатляющий момент, похоже, Завальский никогда не выбросит из головы. Ревнивец хренов, такой же, как и я. Только тогда я не понимал его чувств, зато сейчас остро ощущаю каждой клеткой своего тела непреодолимую жажду обладания. Схожу с ума от мысли, что кто-то другой, а не я, будет делать Яну более счастливой.
Решаю прервать молчание первым. Пользуясь моментом уединения, пока хозяева дома заняты делами на кухне, подхожу к ней вплотную. Удерживая её взгляд, беру обе кисти в свои руки и несколько секунд молчу, рассматривая необычный цвет глаз. Серо-зелёные. Удивительный, манящий оттенок. Хочется в нём утонуть до утра…
— Чего бы ты хотела сейчас больше всего?
Янка молча сглатывает комок в горле, не в силах что-либо ответить. Я вижу её замешательство и то, как в глазах образуется влага, и мне, сука, становится чертовски неприятно за свой очередной непродуманный наполеоновский план.
— Почему ты молчишь? — поглаживая пальцами её ладони, склоняюсь к ароматному виску и дышу её запахом, чувствуя, как закипает в венах кровь, как кружится моя голова и приходится прикрывать веки, чтобы насладиться неожиданно возникшим полётом. От наплыва гормонов тело пробивает лёгкой дрожью.
— Не знаю, что и сказать, — шепчет моё Чудо, возбуждающе выдыхая в шею поток горячего воздуха, от чего в брюках становится слишком тесно.
— А если я скажу, что хотел бы преподнести подарок, примешь, как плату за секс?
— Женя…
— Что, Женя..?
— Не знаю… Не уверена. Смотря что ты хотел бы мне подарить…
— Смартфон ты не взяла…
Отстраняюсь на несколько сантиметров и достаю из-за пояса брюк нежнейший бутон пиона, который изначально прятал от неё за спиной.
— …Давай начнём с самого простого, Яна?
Яна.
Маленький бутон бледно-лилового пиона материализуется перед лицом так неожиданно, что приходится изумиться.
На мгновение прикрываю ладонью рот и часто моргаю.
Меня накрывают самые разнообразные эмоции. Не могу описать своё состояние. Оно слишком часто меняется, будто бегущие кадры в строке. Грудь переполняют захватывающие чувства. Один-единственный цветок в сочетании с его искренней улыбкой и блестящим выжидающим взглядом почему-то производят едва ли не фурор, поражают до глубины души, обескураживают и без того потерявшуюся меня…
Вдыхая ненавязчивый аромат, зажмуриваю глаза.
