– Тоже верно. Что ж, возьму тебя в помощники, для начала будешь делать, что скажу, а там посмотрим.
– Спасибо, ньор Лаццо.
– Вещи у тебя с собой?
– Да, ньор. Я уже сказал, мама знает…
Дан Рокко кивнул.
Знает, а то как же! И радуется – сын при деле будет. А когда новые впечатления, когда новые люди… может, и получится клин клином выбить? Все ж с Адриенной у них любовь была односторонняя. Марко-то ее любил, а девушка его и не видела. Брат и брат.
– Тогда для начала сходи принеси нам с даном Рокко чего закусить. А то опьянеем.
– Хорошо, ньор Лаццо.
Марко ушел. Паскуале кивнул.
– Вроде как и хороший мальчик… Посмотрим. Попробуем.
Дан Рокко потихоньку выдохнул.
Ну вот. Мальчишку пристроили. А что в столице будет хоть один человек, безоговорочно преданный королеве…
Разве это плохо?
Пусть будет.
И он предложил поднять кубки за удачное начало работы. Чтобы Марко справился.
Паскуале не был против.
Итак – за удачу!
– Я – беременна!
Динч смотрела на Лоренцо даже с каким-то торжествующим видом. А что б и не радоваться?
У нее будет ребенок от Лоренцо!
Про тот случай, в трактире, она и не думала и не гадала… и вообще…
Не было такого!
И ее там не было!
И вообще…
Она. Беременна. От. Лоренцо!
Вот, задержка уже почти четыре дня…
Лоренцо потер лоб. Он пока еще себя плоховато чувствовал, и новость не вызвала у него никакого восторга.
– Хорошо. Ты уверяла, что детей не будет.
– Просчиталась. Так бывает, – сверкнула рыбьими глазами Динч.
– И чего ты от меня теперь хочешь?
Динч замялась.
Вот как-то не так оно шло! А где объятия? Где уверения, что ее будут любить? Что не бросят ребенка?
Как-то оно… с другой стороны, не все же сразу? Она помнит, кого звал в бреду Лоренцо Феретти!
Адр-риенна!
Гадина!!!
– Лоренцо, я понимаю, ты меня не любишь…
А вот кивать при этом было совершенно не обязательно. Но виду Динч не показала.
– Но ребенок должен знать своего отца… может, ты его усыновишь?
– Я могу дать ребенку свою фамилию, – задумался Лоренцо. – Но, Динч, я не хочу на тебе жениться. Не могу.
– Почему?
– Потому что я люблю другую.
– А если она тебя не любит? Если она уже замужем?
– При чем тут ее чувства? – искренне удивился Лоренцо. – Речь обо мне.
– Ну… а если она правда замужем?
– И что? Любить мне это не помешает!
– Почему бы тебе тогда не жениться? Если она о тебе забыла, то почему должен страдать ты? И твой ребенок тоже?
Динч была хорошим психологом, и ее слова попали аккурат в точку.
Лоренцо любил Адриенну. Но… а если она и правда замужем? Если он ей не нужен? Если… Что может быть гаже назойливого влюбленного?
Опять же, ребенок…
Лоренцо помнил обещания, которые давал себе. А тут получается, что он даже хуже своего отца? А что? Пьетро Феретти хотя бы женился на матери, и дети были рождены в законном браке. Лоренцо точно знал, что побочных детей у отца не было. Попросил узнать Джакомо.
Мало ли кто? Если у него действительно есть еще брат или сестра, они страдать не должны. Он бы постарался помочь…
Джакомо понял и успокоил. Как оказалось, ни братьев, ни сестер у Лоренцо Феретти нет. Пьетро был осторожен.
А он?
Расслабился? Поверил… или действительно несчастный случай?
– Я подумаю, – отделался «всеобъемлющим» выражением Лоренцо. И ушел из дома. Отправился на край села. Там было весьма удобное место, чтобы посидеть, подумать о жизни… Все правильно. На кладбище.
Удобно, тихо, спокойно, уютно… что еще надо-то? Лично ему – ничего. А покойники… да плевать! Мертвые – тихие. Не встанут, не вылезут, кусаться не начнут, лежат себе и лежат. И с советами не лезут.
А жаль, кстати говоря. Лоренцо не отказался бы от совета.
И кашель позади воспринял не со злостью, а скорее с любопытством.
– Зеки?
– Я, Энцо.
Бывший ланиста и бывший гладиатор давно уже обращались друг к другу просто по именам. Какая разница? Они и так друг друга уважают, кто-то сомневается?
– Ты сам пришел – или Динч послала?
– И то и другое. Она беспокоилась, но пришел я сам.
– Ага… и что скажешь? Ты же знаешь…
– Что она беременна? Знаю. Хорошо, что сейчас.
– Хорошо? – удивился Лоренцо.
– Да. Когда просохнут дороги и можно будет идти через горы, ребенку будет пять-шесть лун. Это не страшно. Она вполне сможет передвигаться. Ты же не хочешь оставаться здесь еще на год?
– Нет.
– А тащить младенца в горы?
– Нет.
– Бросить Динч здесь?
– Это подлость, – даже не заколебался Лоренцо. – Она мне поверила, помогла, а я поступлю как подонок? И так-то не знаю, что делать с ребенком…
– Ты ее очень любишь? Адриенну?
Лоренцо пожал плечами.
Любовь… что такое любовь? Он не знал. Может, это вроде прыща как-то проявляется? Или нет? На самом-то деле все просто.
– Я не смогу жить без нее.
– Даже если она с другим?
– С третьим, четвертым, пятым… мне все равно! Понимаешь? Мы как две половинки одного целого. И я точно знаю, что она испытывает то же самое.
– Даже так?
– Да.
Лоренцо был в этом уверен. Недаром же в мгновения между жизнью и смертью он чувствовал присутствие Адриенны! Ее руку, ее волю, ее силу. Именно она держала его над бездной.
Зеки-фрай задумался.
Он надеялся, что все не так серьезно. Но тут… да, Динч тут будет крайне сложно. А потому…
