Подслушивать, конечно, нехорошо. Но Адриенна просто осведомлялась. Мало ли кто и что говорит? Надо знать, особенно если речь идет о твоих личных фрейлинах. Две девушки сплетничали самозабвенно. Перебирали ее платья – в ее же гардеробной – и заодно болтали. Такое милое, дружеское гадючье шипение.
– Не то слово – странно. Вот что она… кто она вообще такая?
– Какой-то СибЛевран, какая-то провинция… Да кто бы знал, где это вообще находится? – Голос девушки был просто неописуем.
Это ж вообще жуть-жуть-жуть! Приличные люди или родя́тся в столице, или вообще не появляются на свет. В крайнем случае тщательно скрывают свое «подлое» происхождение. А тут что?
Ужас-ужас!
Какое-то захолустье, и дана этого даже не стесняется!
– Окраина королевства, – продемонстрировала осведомленность вторая собеседница.
– Еще и окраина! И его величество приглашает ее, выбирает эту вульгарную девицу для своего сына…
Вульгарную? А что в ней вульгарного?
Удивиться Адриенна не успела, потому как тут же и разъяснения получила.
– Да, черные волосы… это сейчас так немодно! И лоб она не подбривает, и брови у нее… зачем она их так некрасиво подрисовывает?
Адриенна едва не сплюнула.
Вот идиотки! Черные волосы вам не модно? А что с ними делать? Ладно светлые – их можно во что угодно покрасить, но ее-то вороную гриву?
Бесполезно.
И даже если она решит носить парики, все равно с ее белой кожей будет выглядеть просто нелепо. И брови она никогда не подрисовывала… нет, некоторые люди… просто идиоты!
И еще ей лоб подбривать не хватало!
– Ой, и эти ее платья… юным данам подобают пастельные тона, ну или хотя бы белый цвет. А эта… особенно черное платье! Ужас!
Адриенна ничего ужасного в черном платье не видела. Но разъяснять это она уж точно не собиралась.
– Может, у нее траур? Ну, потеряла кого?
– А синяя лента тогда где? Она ничего такого не носит… и алое у нее есть. С золотом. А она почему-то его ни разу не надевала.
Потому что алый цвет решительно не шел к коже Адриенны. Она тут же начинала напоминать себе привидение. Но кому это интересно?
– И все равно его высочество женится. Почему?
– Может, она его околдовала? Или приворожила?
– А короля?
– Ведьмы – они и не такое могут… я точно знаю. Вот у нас старуха Сванна жила, она вообще могла посмотреть на человека, пошептать, а назавтра тот просыпался кривым или косым…
– Ой, жуть какая!
– У матушки знакомая ей даже деньги платила.
– За что?
– Ну чтобы это… ей мужчина нравился, а он собирался жениться на другой… вот старуха и наслала на ту девицу порчу. Бедняга вся прыщами покрылась, да серьезными такими, словно ее пчелы покусали…
– Ой, жуть! И свадьба не состоялась?
– Состоялась, но позже…
– Тогда это не настоящая ведьма. Они же всякое такое могут… она бы ту свадьбу вообще могла расстроить.
– Что ты! Еще какая настоящая! И злющая, как собака…
Адриенна только головой покачала.
Вот идиотки?
– Думаешь, дана СибЛевран тоже ведьма?
– Да кто ж ее знает… может и такое быть! Глаз у нее точно дурной… как посмотрит своими синими лупешками, аж мороз по коже продирает…
Адриенна аж задохнулась от такой несправедливости. Вот сейчас она как…
Как – пришло раньше. В виде весьма решительной эданны Чиприани.
Гардеробная-то комната большая, и выходов там два. Один – из королевских покоев, чтобы сразу из спальни пройти и взять что нужно, а то как ее величество одевать?
Второй – с другой стороны, потому как платья надо осматривать, чинить, вешать на место… и делают это фрейлины, ну и служанки. И бегать через королевскую спальню по каждой нужде?
Ай-яй-яй…
Королева спать может, болеть, быть не в настроении, быть с королем – да много чего! Так что входов обязательно должно быть два[4].
Вот вторым из них и воспользовалась эданна Чиприани.
– И что это я тут слышу?
Ответом ей было дружное «ой».
– Сплетничаем, значит…
– Э‑э‑э‑э‑э…
– Ведьма, значит…
Голос у милейшей эданны был настолько нежным, что столкнись с ней сейчас лев или тигр – бежали б киски без оглядки. И хвост бы поджимали, чтоб не оторвали на прощание.
– Дана Патриция Петто, дана Орсола Лолли, следуйте за мной.
Распоряжение было отдано настолько жестким тоном, что спорить не возникло желания ни у кого. Даны хмуро потащились за эданной Чиприани. Адриенна передумала выходить.
Если без нее так хорошо обошлось, может, и дальше не спешить?
Авось и еще раз обойдутся?
Надо посмотреть, послушать…
Эданна Чиприани не сплоховала. Две девицы вылетели в гостиную, словно из катапульты запущенные. И рассусоливать она не стала.
– Собирайте вещи.
– Но я…
– Я же не…
– Тем, кто позволяет себе подобные рассуждения, не место при дворе. С даной Адриенной я поговорю сама.
– Вы не смеете! – задрала нос Орсола, которая, будучи очень дальней родственницей канцлера, примерно так семиюродной сестрой по линии троюродной прабабушки, искренне считала себя выше остальных фрейлин. А что? Она же не какая-то тут! У нее вон семья какая! И деньги есть, и вообще, она красивая, так все говорят.
