— Ну куда ты лезешь руками? Вилку возьми, ягнёночек! — качает он головой, протягивая мне прибор.
— Не будь занудой, Игнатьев, — цепляю ещё и помидор. — Твои предложения?
— Да дам я тебе одежду, — хирург пожимает плечами. — Диора и Прады не обещаю, а вот хирургический костюм найдётся. Доехать — сойдёт.
— Диор и Прада мне и самой нафиг не сдались, — пожимаю плечами, продолжая есть салат.
Мужчина ставит передо мной тарелку с разогретым мясом и садится напротив.
— Спасибо, — отрезаю первый кусочек, кладу в рот и закатываю глаза от удовольствия. — М-м-м, Игнатьев, вот честное слово, я готова терпеть тебя и твои шуточки вечность, если ты будешь меня так кормить!
— Учту, — хмыкает он.
— А ты почему не ешь? — поднимаю на него глаза.
— Я… ем, — он опускает взгляд в тарелку.
— И поэтому суёшь в рот пустую вилку? — хмыкаю, но тут же отвлекаюсь. — Я хотела спросить у тебя насчёт госпиталя. Мне наверняка нужно время, чтобы оформиться…
— Да, — Даниил кивает, хмурится немного, сосредотачиваясь. — Да, тут так… Завтра у меня рабочий день, ты поедешь со мной, и мы начнём процесс оформления. Медосмотр, даже если он у тебя свежий, скорее всего придётся пройти заново — у нас. Ну и проверка службой безопасности время займёт.
Мрачнею, потому что на память сразу приходят сплетни, которые обо мне распускают бывший муженёк с его отцом. Там бы и свекровь наверняка постаралась, но она с медициной не связана. Впрочем, этих двоих гадов вполне достаточно.
— Ягнёночек, не парься, — Игнатьев явно замечает мой настрой. — Я уже пообещал тебе, что всё будет нормально.
— Ты не обещал, — криво улыбаюсь, глядя на него. — Ты только сказал, что предлагаешь мне помощь, а ещё заявил, что от меня тебе одни проблемы.
— Хорошо, — хирург закатывает глаза и встаёт из-за стола, а затем… опускается передо мной на одно колено и прижимает к груди сжатый кулак. — Агния, торжественно клянусь тебе, что всё у тебя будет хорошо!
— Прекрати валять дурака! — я краснею от этой картины.
— Убери со своего лица это противозачаточное выражение, ягнёночек, — он легко поднимается с колен и убирает со стола наши пустые тарелки. — Жизнь на самом деле куда проще, чем нам кажется, так не надо её усложнять. Ну что, поехали к твоей подруге?
Вздыхаю и киваю. Игнатьев действительно приносит мне хирургический костюм тёмно-бордового цвета и даже почти моего размера. Я переодеваюсь в ванной и критически оглядываю себя в зеркале. Штаны ничего, а вот рубашка заметно обтягивает грудь. Ну да ладно, выбора всё равно нет.
Выхожу к хирургу, и тот протягивает мне свою куртку.
— Накинь.
— Да не надо, — отмахиваюсь от него. — На машине же, не замёрзну.
Мужчина хмыкает и открывает дверь. Вот только вечерний воздух оказывается значительно прохладнее, чем я думала, и меня пробирает мурашками.
— Точно не надо? — еле сдерживая улыбку, Даниил в упор смотрит на мою грудь, и лицо у меня в очередной раз начинает гореть — сквозь ткань отчётливо проступают соски.
Выдёргиваю у него из рук куртку и быстро накидываю на себя.
— А нет чтобы сразу послушаться, — слышу ехидный голос. — Ты помнишь, на каких условиях мы с тобой заключили договор?
Прикусываю губу, чтобы не выпалить что-нибудь, за что мне наверняка придётся расплачиваться.
— Ты должна во всём меня слушаться, — с удовольствием повторяет Игнатьев. — Я прямо вижу, какие нас ждут весёлые времена, ягнёночек!
Да уж, веселье нам предстоит то ещё. Но я молчу, не спеша с ним соглашаться. По крайней мере вслух. Впрочем, видимо, на лице у меня достаточно красноречивое выражение, где и в каких позах я видала безоговорочное послушание, потому что хирург качает головой и открывает мне дверь машины.
— Садись, не мёрзни, — кивает внутрь.
Опять же молча занимаю своё место, пристёгиваюсь. Но Игнатьева моё молчание не смущает. Интересно, а есть вообще хоть что-то, способное его смутить?
Мужчина не даёт мне задуматься.
— Ты подруге не будешь звонить? Или мы к ней без предупреждения заявимся?
Покорно достаю телефон под его взглядом.
— Ганька, привет! — подруга отвечает после первого же звонка. — Ну ты как? Не съел тебя страшный хирург?
— Даже не покусал, — хмыкаю, косясь на Игнатьева, который закатывает глаза, явно понимая, что речь о нём. — Саш, я за вещами приеду через… э-э-э…
— Примерно через полчаса, — подсказывает мне мужчина.
— Через полчасика, — повторяю за ним.
— Жду! — в голосе Сашки жгучее любопытство, но подруга сдерживается, понимая, что на вопросы я сейчас отвечать не буду.
Дорога действительно занимает чуть меньше получаса. Вот только автобусных остановок рядом с коттеджным посёлком, где находится дом Игнатьева, я не заметила. А ведь мне как-то нужно будет ездить.
— Поблизости от твоего дома есть какой-нибудь общественный транспорт? — спрашиваю у него, когда мы уже подъезжаем, и поясняю: — Хочу сразу понять, как буду добираться до работы, да и не только. Не буду же я у тебя безвылазно сидеть.
Хирург хмурится.
— Давай чуть позже обсудим этот вопрос, — тормозит возле нужного подъезда.
— Хорошо, — пожимаю плечами и выхожу.
