Было бы удобно, если бы к каждому ребёнку прилагалась с рождения индивидуальная инструкция, рассказывающая о его особенностях. И тогда можно было ставить в вину второму родителю, что он с ней не ознакомился. Но так как готовой инструкции нет, она создаётся в процессе роста ребёнка, то какие-то новые пункты в ней появляются постоянно. Если родители живут отдельно, то их инструкции могут отличаться. Более полной будет инструкция того родителя, с кем ребёнок находится рядом большее количество времени. В интересах ребёнка приводить папину и мамину инструкцию к общему виду. Но не обязательно делать это через упрёк. Упрёки, критика, обвинения – не столько делают полней инструкцию, сколько вредят отношениям.
У родителя, который больше проводит времени с ребёнком, больше уже совершенных «ошибок» и больше опыта. Поэтому ему кажется, что другой не знает «очевидных» вещей. Мама учится быть родителем. Папа учится быть родителем. Но кто-то из них учится этому быстрее. «Отстающий» родитель может «догнать», не тогда, когда его будут ещё больше ограничивать в общении с ребёнком, а когда ему предоставят ещё больше возможностей для «прокачивания» родительских компетенций.
И что же? Спокойно смотреть как второй родитель «лажает»? Если это не угрожает жизни и здоровью – да. Потому что «лажает» – может быть субъективной оценкой. Другой подход, отличный от вашего, не обязательно хуже. В основе могут быть другие приоритеты.
– Зачем ты ему разрешил пить сок на улице? Ты что, не знал, что он непременно обольётся? Теперь куртка грязная. В чём завтра в садик пойдет? Она же высохнуть не успеет!
– Да ладно, мелочи. Ну, в грязной сходит.
– Конечно, тебе легко так говорить! Не ты же куртку покупал! И стирать не тебе!
– Ребёнок пить хотел.
– А просто воду нельзя было дать? Жажду водой утоляют!
– Так он сок просил. Вечно ты из-за пустяка заводишься. Зато он научился сам трубочку вставлять. В следующий раз будет аккуратнее. Без пятен невозможно научиться аккуратности.
– Ага, ты вот к своим тридцати так и не научился!
Как легко от пятна на детской куртке бывшие супруги переходят к генерализованным посланиям относительно личных характеристик. «Вечно ты!» «А ты к своим тридцати!» Это фразы – конфликтогены. Могут перерасти в громкую перепалку, с вытаскиванием из ячеек памяти событий дня свадьбы и последующих. В отношениях бывших супругов эти фразы вряд ли что-то изменят. Еще один рядовой конфликт после развода – от него взрослым ни жарко, ни холодно. Но он ударяет по ребёнку.
Если считаете, что от действий второго родителя есть угроза для жизни и здоровья ребёнка, нужно вмешаться. Если же угрозы здоровью нет, а есть другие приоритеты и другой подход к воспитанию, то уговорить себя, что нет ничего критичного в том, что на другой территории могут быть другие правила.
Меньше взаимной критики. Когда хочется обрушиться с обвинениями, можно снять белое пальто и напомнить себе: «У меня тоже было так, что ребёнок приходил с прогулки с мокрыми ногами. У меня тоже ребёнок падал и разбивал губу. У меня тоже ребёнок однажды терялся в магазине».
Когда родители в браке, живут вместе, ситуации недовольства вторым родителем тоже бывают. Вопросы типа «Что делать, если муж срывается на ребёнка?» приходят в почту психолога достаточно часто. «Как объяснить мужу, что не стоит наказывать за слёзы?» «Хочу, чтобы муж перестал сравнивать детей. Может быть есть статья на эту тему?» То есть, если ошибки в воспитании совершает любимый муж, то обычно идет поиск варианта, как ему объяснить почему лучше делать по-другому. А если эту же ошибку совершил бывший муж, с которым острые конфликтные отношения, то хочется побольнее ткнуть носом и доказать, что быть отцом своим детям он тоже недостоин. Если спустя годы после официального развода все еще хочется доказывать бывшему мужу, что он недочеловек и мстить, то развод не прожит. Кризис затянулся.
Я не буду приводить конкретные фразы. Фразы могут быть любые, которые вам ближе, но донести нужно следующее:
• дело не в детях, причина не в них;
• мама и папа их любят и будут любить даже тогда, когда будут жить отдельно;
• в жизни будут перемены, но к ним можно привыкнуть.
Главный принцип: убрать детей с линии огня. Дети не должны быть свидетелем конфликта. Эмоций обычно много. Детей от них лучше оградить. На острый период операции «развод» можно увезти детей в гости к бабушке или тёте. К кому-то знакомому и родному, где детям будет спокойно и безопасно. Говорить с детьми нужно тогда, когда родители уже эмоционально успокоились и сами поняли, какой будет их жизнь в ближайшем будущем.
Разговоры двух человек, готовившихся стать «бывшими», могут происходить на повышенных тонах. Для детей травматично быть свидетелями родительской ссоры. В их упрощенном черно-белом мышлении кто-то в этом случае должен стать хорошим, а кто-то плохим. «Мама кричала на папу, и папа ушел. Мама плохая». «Папа кричал, а мама плакала. Папа плохой».