Слова Иисуса должны были преодолеть множество барьеров между 1–м и 2–м веками н.э. Он обращался к евреям, живущим в 1 веке н.э. на арамейском языке, эти слова были записаны и сокращены авторами евангелий, а затем были переведены на греческий язык для того, чтобы достигнуть более широкой аудитории. Христиане 2 века н.э. были в основном обращенными язычниками, живущими под римским законом, и имели мало представления о синагогах или еврейском Ветхом Завете. Поэтому слова Иисуса должны были преодолеть два или более поколения по времени, преодолеть расстояние между двумя очень несхожими языками, весьма разными социальными культурами и юридическими системами, так что неудивительно, что христиане 2 века н.э. иногда не понимали того, о чем говорил Иисус.
Когда мы читаем Библию, мы сталкиваемся с теми же проблемами, хотя к нынешнему времени они успели умножиться во много раз. Мы находимся так далеко по времени и культуре от изначальных слушателей этих слов, что иногда нам кажется невозможным разобраться в том, что Дух Святой говорил им. Из–за этого, мы часто избираем самый короткий путь, «срезая углы» на пути к пониманию текста, и, читая Библию, задаем следующие вопросы. Какова традиционная церковная трактовка? Или: Как толкует это место мой любимый проповедник или учитель? Или: Что значит это место на языке перевода для меня сейчас?
В то время как вопрос, который нам следовать задавать себе, должен быть таким: Как понимали эти слова те, к кому они были изначально обращены?
Это сложный для ответа вопрос, потому что для этого нужно заглянуть в текст оригинала, узнать контекст всей книги, а также ее исторический и культурный контекст. Часто ответить на этот вопрос с полной определенностью не представляется возможным, но нам следует приложить к этому старания, потому что только так мы можем открыть для себя подлинный смысл, который автор намеревался донести до своих читателей.
Как христианам, нам важно понимать, что Дух Святой был способен донести истину без искажений до первоначальных читателей на их языке и при помощи понятий, которые были понятны именно им. Мы же, живущие позднее, должны приложить немного больше усилий для того, чтобы понять те же самые слова, потому что нам приходится изучать их древний язык и читать их сквозь призму древних мировоззрений.
Нам, как читателям Библии, живущим в 21 веке, всегда придется сложнее, чем первоначальным ее читателям, потому что мы не читаем на древнегреческом или библейском иврите с самого детства, так что нам приходится полагаться на переводы, сделанные для нас специалистами. К тому же, мы не живем в городе, находящемся под юрисдикцией Рима или не воспитаны в устоях древнееврейской культуры, поэтому нам приходится изучать то, как мыслили, жили и писали те люди, прежде чем мы сможем быть уверены в том, что понимаем переведенные тексты.
Например, когда Библия говорит о «Боге, который испытывает сердца и утробы» (в оригинале «испытывает почки и сердце», прим. Пер., Иер.20:12; Откр.2:23), имеется в виду, что «Бог знает наши чувства и мысли», потому что в древних культурах считалось, что эмоции находятся в почках, а мысли — в сердце. Если мы не понимаем этих древних мировоззренческих понятий о человеческой анатомии, эти тексты могут навести нас на мысли о странном интересе Бога к нашим внутренним органам!
Другой пример — история о Закхее, суть которой в Луке 19 мы можем совсем пропустить, если не имеем хоть какое–то представление о древнееврейской культуре. Мы не сможем понять ту любовь, которую проявил Иисус в этой истории, если не знаем, что сборщики налогов были всеми презираемыми «лакеями» римских оккупантов — а об этом не написано в Писании, об этом говорят другие исторические источники того времени. Мы не сможем понять ужас и негодование толпы о том, что Иисус вошел в дом и ел с грешниками, до тех пор, пока не узнаем о фанатичной преданности, с которой большинство иудеев относилось к законам о чистоте — детали, о которых мы узнаем из древних источников за пределами Нового Завета. Закхей хранил у себя большую часть своего состояния, поэтому Иисус рассказал притчу о мудром использовании денег, но эта притча не имеет для нас смысла, пока мы не узнаем, что десять мин — это огромное количество денег. Все эти знания о «фоне», на котором происходят описываемые события, не содержатся непосредственно в Писании, но они необходимы для правильного понимания того, что хотел нам поведать Лука.
Некоторые говорят, что Писание содержит все, что нам нужно знать – это утверждение часто неверно принимают за принцип «Sola Scriptura» («только Писание»). Неверно, потому что настоящий принцип Sola Scriptura заключается в том, что все,
