Гринфильду хотелось верить, что в 1–м и 2–м веках раввинистический иудаизм был идентичен более позднему ортодоксальному иудаизму, в то время как этот документ, написанный в начале 2 века н.э., показывает, что иудаизм переживал «переходный период» в это время, особенно в вопросах развода и повторного брака. К началу 2 века н.э., «развод по любому поводу» распространился настолько, что библейский развод на основании пренебрежения, который позволял женщинам инициировать иудаизм начала 1 века н.э., уже был забыт, даже иудейскими писцами.
Возможно, моя оценка причин, по которым публикация документа была задержана Гринфильдом, несправедлива. Может быть, он просто продолжал изучать документ. Но этот инцидент все же показывает, что иногда ключевой кусок информации может удерживаться в попытке сохранить какое–либо верование, которое может оказаться неверным. И иудаизм, и христианская церковь могут быть одинаково виновными в игнорировании важных открытий ради поддержания своего статус–кво.
Несмотря на вышесказанное, я думаю, основная причина, по которой церковь не сопоставила всю эту информацию, связана с неразберихой, а не с тайным сговором, потому что изменения в обществе во времена ранней церкви привели к тому, что она стала отмечать несколько иной смысл в словах Иисуса.
Ко 2–му веку н.э. древнеримский мир был одержим сексом: мужья и жены имели гомосексуальных и гетеросексуальных любовников; проституция была не только приемлема, она была нормальной частью культурной жизни; на званых обедах от хозяина дома ожидали предоставления профессиональных сексуальных услуг для гостей, которые назывались «послеобеденными развлечениями»; а внебрачные половые связи были облегчены распространением примитивных, но эффективных контрацептивов (а если они не срабатывали, детей просто убивали). Половые отношения стали дешевой услугой, а сексуальная распущенность стала настолько повсеместной, что даже половые отношения внутри брака стали испорченными. Половой акт как таковой стал объектом презрения и опасений со стороны церкви, как источник разложения и духовных болезней, так что церковь стала относиться подозрительно даже к супружеским отношениям внутри брака.
Многие религиозные группы отреагировали на такое разложение в обществе тем, что заняли прямо противоположную позицию, а именно – проповедь полного отказа от ненужных половых контактов.
Некоторые иудейские религиозные группы уже начали мыслить подобным образом еще в 1 веке н.э. Мы знаем, что кумранская община свела половой контакт до минимума, и, возможно, были другие группы внутри иудаизма, которые сделали подобное. Некоторые новообращенные в Коринфе, судя по всему, находились под влиянием одной из таких групп, поскольку они написали апостолу Павлу письмо, спрашивая его мнения о фразе «хорошо мужчине не иметь половых отношений с женщиной» (1 Кор.7:1). Павел отверг это учение на основании стандартного еврейского понимания о том, что половые отношения хороши и являются необходимым компонентом любого брака (стихи 2–5).
Ко 2–му веку н.э. многие другие иудейские религиозные группы стали подозрительно относиться к половым отношениям. Ни один религиозный иудей не мог полностью отвергнуть половые отношения — потому что деторождение было обязательным — но они могли воздерживаться от них после появления в семье детей. Единственным неженатым раввином, о котором нам сегодня известно, был рабби Бен Асси, и жил он во 2–м веке н.э. Он был женат (так что он выполнил свою религиозную обязанность), но он отказывался вступать в повторный брак, несмотря на то, что все ожидали от него этого. Он оправдывался тем, что говорил, что женат на Писаниях и был слишком поглощен их изучением. Его потенциальный тесть, рабби Акива, скорей всего, симпатизировал его выбору, потому что хотя он и был женат, он провел 14 лет вдали от своей жены, обучаясь в академии раввинов в Ямне.
Эти два раввина, живших во 2–м веке н.э., были членами аскетического движения, которое избегало ненужных половых контактов даже со своими женами с целью приобретения религиозного опыта посредством размышления. Об этом движении известно очень мало, поскольку информация о нем скрывалась раввинами основного направления, однако мы имеем факты, свидетельствующие о том, что внутри иудаизма во 2–м веке н.э. существовало сильное «подпольное» течение, старавшееся избегать любой половой активности, несмотря на иудейские религиозные законы о том, что каждому следует иметь детей.
