Маша задёрнула штору примерочной и начала раздеваться. Она не любила примерки в магазинах, тем более в холодное время, когда на ней много одежды. Но сегодня ей пришлось переступить через «не хочу» и зайти в торговый центр. Тимура пригласили на благотворительный вечер, который устраивал крупнейший бизнесмен города – Решетников под эгидой областной администрации, и адвокат позвал Машу с собой.
Для Маши это было новое знание. С Романом они бывали на разного рода мероприятиях, но уровень их был значительно ниже. Обычно на тех тусовках крутились дельцы и чиновники районного масштаба. А здесь был уровень области, губернатора. И, говорят, должен был присутствовать полпред президента и отраслевой министр. В общем, настоящий бомонд.
У Маши же, как у настоящей женщины, оказалось совершенно нечего надеть! Серьёзно! Не было у неё раньше необходимости и случая приобретать такого класса вещи. Обходилась более демократичными нарядами. А теперь ей не хотелось подводить своего мужчину и смущать его окружение. Так что Мария отнеслась к делу серьёзно, и выделила на подбор наряда целую субботу.
Сняв верхнюю одежду, Маша быстро надела первое из отобранных платьев.
– А неплохо…, – оценила она.
Платье в пол, не слишком плотно облегает, лишь мягко очерчивает силуэт, но голые плечи и глубокое декольте Машу не устроили. Не привыкла, да и не считала красивым. Сняла и надела второе. Задумчиво уставилась на себя в зеркало и вдруг в соседней кабинке услышала знакомый голос.
– Представляешь, эта курица нагло присосалась к моему Тимуру! Я уже не знаю, как ему глаза на неё открыть. Ну, ладно процесс шёл, но сейчас какие у них могут быть дела?! А Тимурчик почти ежедневно с ней куда-то ездит и мне не говорит. Знаешь, как обидно! И ссориться с ним не хочется, но и так оставлять тоже нельзя. Я же тоже человек!
– Ну, Ленчик, ты чего? Да плюнь ты на неё! Видела я ту курицу: колхоз 8-е марта.
– Да…, – раздался лёгкий всхлип. – Я сегодня им лично столик заказывала в «Палермо» на восемь часо-о-в, – всхлипы перешли в протяжное завывание.
«Столик в «Палермо» на восемь?! Это о нас с Тимуром, что ли? А курица из колхоза – это я?» Маша замерла, прислушиваясь к чужому разговору. Секретаршу Поливанова – Леночку – она прекрасно узнала, но её собеседница была ей неизвестна.
– Ох, Ленчик, я бы на твоём месте давно от Поливанова залетела, а ты всё тянешь. Давно бы женой стала, на крайняк – постоянной любовницей, зато полностью упакованной. И ребёнка в случае чего Поливанов точно без помощи не оставит.
– Не глупее тебя, дорогая, – уже без слёз в голосе ответила секретарша. – Уже всё сделано. Хочу на вечере ему тест с полосками подсунуть
– А где ты билеты пригласительные достала? – с завистью спросила незнакомка.
– На контору пришло шесть штук. Три Томилин сразу взял, не знаю на кого, два – Тимур, а один они велели нашему сисадмину выдать, но я решила, что Артём перебьётся. Мне важнее.
– А если узнают?
– Ну и что? Подумаешь, никакого особого криминала в этом нет. Поорут да перестанут. Слушай, помнишь Виалетку, которая Тимуру в невесты метила?
– Ну?!
– Её папашка в Москву отправил, психологическую травму залечивать. Ну, а мы не такие нежные и своё упускать не собираемся. Завтра на этой благотворительной вечеринке я Тимурчику про беременность всё обрисую. Анализы готовы, картинка с УЗИ тоже. Не отвертится. Сам юрист, понимает, что к чему. А мы без высшего юридического понимаем, – усмехнулась с предвкушением Леночка. – Я ей, кстати, уже намекала, чтобы отстала от Тимура. Мне Нинель присылала фотку с их встречи в кафе, а её этой Маше переслала. Мол, будь начеку, ты под колпаком. Пусть подёргается, разгадывая от кого и зачем, – мстительно закончила секретарша.
«Лена беременна от Тимура?!» В голове у Маши зажёгся красный стоп-сигнал. Она даже помыслить не могла о продолжении связи с мужчиной, у которого есть беременная подруга. Ребёнок же не сразу появляется, и не из воздуха. Мужчина и женщина для этого должны переспать и не раз. И если женщина забеременела, то теперь это проблема двоих. И Маше здесь места совершенно нет.
Она медленно сняла платье, которое ей, кстати, очень понравилось: простое элегантное некричащее, как раз по ней. Но… уже ненужное. Заторможенно начала переодеваться в свою одежду.
Оживлённые голоса в соседней кабинке стихли. Видимо женщины уже ушли, а Маша и не заметила.
– Да, что же такое, господи?! – негромко воскликнула Маша. – Что же мне так не везёт?!
Конечно, Мария уже не молоденькая девчонка. Реветь в голос и истерить не будет. Тридцать лет и развод за плечами. Никаких розовых очков нет и в помине, но … больно… сильно больно…
Стерев холодную злую слезинку, Маша подхватила все три платья и собралась отнести их на место. Идти на благотворительный вечер она передумала.
– Понравились? Упаковать? – остановила её продавец, и Машу торкнуло:
– Ачётакова! – шепнула она свою спасительную фразу. – Почему я не могу купить себе новые платья? – Да я не одно, я все три возьму, решила Маша. – Оформляйте, девушка! – бросила она продавцу.
Не завтра, так в другой раз, я их обязательно надену. Не с этим, так с другим мужчиной пройдусь под светом хрустальных люстр. МОЯ жизнь продолжается, пусть даже в ней снова нет мужчины.
Маша оплатила покупку и уже почти спокойно покинула торговый центр. Она не видела, что две девушки проводили её внимательным взглядом.
– Думаешь, сработает?
– Ещё бы! Она же принципиальная дура! На её бракоразводном процессе убедилась. Знаешь, даже не верится, что получилось. Сразу, как увидела её здесь, поняла, как можно её протроллить. Спасибо, что подыграла. По-моему, натурально получилось.
– Расскажешь потом, как вышло всё.
– Ага.
Девушки заговорщически переглянулись и разошлись. Но Маша этого не знала. Она уже стояла на парковке и оценивала возможность попасть в свою машину. С обеих сторон к ней очень тесно притёрлись два огромных внедорожника. Представив их хозяев, Маша не стала даже пытаться узнавать, где они. Она решила всё-таки протиснуться и сесть в свою машину. А уж выехать из узкого кармана – пара пустяков.
С превеликими предосторожностями она всё же смогла открыть дверь машины и втиснуться внутрь.
– Уф-ф, – с облегчением выдохнула она, и уже повернула ключ зажигания, как перед капотом кто-то встал.
– Роман?!
Маша не пряталась от бывшего специально, но так получилось, что после развода они не встречались. А прошло уже несколько месяцев.
– Привет, Маш! Как дела? – Роман дружески улыбнулся.
?? У Маши невольно глаза округлились. Он что, уже всё забыл? Даже не скажешь по его виду, что именно этот мужчина поливал её грязью, унижал и грозил всеми карами. «Какой счастливый человек, у него короткая память», подумала Маша и не стала выходить из машины. Зачем? Но окно опустила.
– Здравствуй, Роман. Дела нормально. А у тебя?
– Тоже ничего. … Николай Георгиевич здоров?
– Слава богу, и мама тоже. Тебя часто вспоминает, – неизвестно зачем призналась Маша.
– Да уж, тёща у меня огонь была, всегда на моей стороне, – улыбнулся Роман. – … Замуж вышла, Маш?
– Нет.
– И я не женился…
Замолчали. Говорить явно было не о чем, но Роман не отходил. И только сейчас Мария поняла, что внедорожник слева принадлежит ему. И скорее всего он специально поставил машину так тесно. Маша хмыкнула и спокойным тоном поторопила бывшего:
– Ты извини, Рома, мне ехать пора. Отойди, а то задену.
– Как скажешь, – Роман поднял руки и сделал шаг в сторону.
Мария аккуратно выехала из кармана и не торопясь покатила на выезд. Мельком глянув в зеркало, увидела, что Роман стоит на месте и смотрит ей вслед. Но ни одна эмоция не шелохнулась в Машиной душе. Умерло всё. Отболело. Отпало. Осталось в горьком прошлом.
На месте грубой раны наросла новая кожица, но теперь Маша знала, как её беречь. Надо просто никого не подпускать близко к сердцу. Не доверять никому свою душу, и тогда не будет больно. Хотя… больно же ей сейчас от услышанного про Тимура… Умом Маша понимала, что всю эту информацию от Лены надо ещё делить на двое, а то и на трое, но всё равно. Ей хотелось, чтобы о мужчине, которого она выбрала, не ходили грязные сплетни. Но это, видимо, не тот случай. Жаль.
Первый порыв – отказаться и не ходить на вечер – прошёл. Маша решила: пусть идёт, как идёт. Тимур её замуж не звал, ничего ей не обещал, так с чего Маша решила обидеться? Они просто встречаются, а свои проблемы, если они у него на самом деле есть, Тимур решит без её капризов. Она надеялась. Вот на вечере и посмотрим, как он отреагирует на полоски от Ленчика.
За всеми этими размышлениями Маша незаметно доехала до дома. Открыла ворота с пульта и въехала в ограду, но заметила в почтовом ящике белый конверт. Насторожилась. Всяких официальных бумаг она уже побаивалась. Вынула конверт из ящика, это оказалось письмо из полиции.
Следователь Марков извещал, что дело, открытое по заявлению Маши, против Ивашкиной Е.К и Зубовой Е.Д. прекращено за недостаточностью улик. Чего-то такого Маша и ожидала, потому что ещё во время процесса Тимур пояснил, что все медицинские документы оформлены правильно. Нигде не упоминается её мнимое бесплодие и тем более левые назначения. Свидетелей у Марии, кроме её самой, нет. Доказать ничего невозможно. Зубова упёрлась и полностью отрицала свою вину.
Мария понимала следователей. Побились пару месяцев, потолкли воду в ступе, да и махнули рукой. Других дел невпроворот. Но, честно говоря, Мария и не настаивала. Сама во многом виновата. Нельзя же быть настолько доверчивой лохушкой. Оправдывала себя только тем, что в то время любила мужа и не ждала от него подлости.
Обошлось же всё и слава богу. Маша была уверена, что та врач испытала серьёзное потрясение из-за вызова в полицию, сделала выводы и больше не рискнёт влезать в такие авантюры. Не зря же она уехала в такую даль и бросила свою подружку.
Что касается Катерины, то ещё летом во время внезапного визита, свекровь рассказала, что Катерина укатила в деревню к тётке. Там и собиралась рожать.
– Наверное, уже родила, – вслух произнесла Маша. – господи, какие же мы, бабы, дуры бываем! – даже посочувствовала свою неприкаянную соперницу, вот такие мысли и воспоминания всколыхнуло письмо. – Что ж так не везёт-то…, – повторила она вновь, глядя в тёмное окно. – И Тимур сегодня не звонил и не писал… Может, надо было давно начать нормальные отношения? Мужики же нетерпеливые…
Ну, не могла она переступать через себя. Не могла. Но, как ответ на её сомнения и переживания, раздался звонок.
– Тимур?! Так поздно?! – Маша быстро нажала приём.
– Марусь, открой ворота! Устал, как чёрт и очень по тебе соскучился.
– Да, сейчас!
Маша торопливо нажала кнопку пульта: у неё дворецких нет, но есть автоматика. Тимур впервые за время их знакомства приехал к ней и тем более так поздно.