Пока страницы загружались, случайно увидела своё отражение в чёрном экране монитора. Осунувшееся лицо, тёмные круги под глазами. Просторная футболка висела на мне, делая фигуру бесформенной, но я знала — за последние годы я набрала вес. Ела на ходу, не заботилась о себе. Всё время — детям, дому, Диме…
— Хватит, — прошептала я.
Открыла новую вкладку и набрала: «Как начать новую жизнь после 40».
Первый результат — блог успешной бизнесвумен. Она писала, как после развода собрала себя по кусочкам, построила карьеру и обрела уверенность.
Пока читала её историю, и с каждой строкой внутри меня разгоралась новая эмоция. Не боль. Не отчаяние.
Злость.
Я всегда любила готовить. Особенно десерты. Друзья вечно нахваливали мои торты и чизкейки.
А почему бы и нет?
Поднялась, нашла старую кулинарную книгу и раскрыла её на рецепте **чизкейка Димы.** Того самого, который он когда-то так любил.
Только на этот раз приготовлю его не для него.
Для себя.
Для той женщины, которой я стану. Которая не сломается. Которая поднимется из пепла.
Пока тесто охлаждалось в холодильнике, взяла блокнот и написала:
1. Составить список имущества.
2. Найти адвоката.
3. Попробовать испечь что-то особенное.
Когда чизкейк был готов, разрезала его на четыре части. Одну оставила себе. Три другие упаковала в красивую коробку. Завтра отнесу их в офис мужа.
Пусть все видят, кого он бросил.
Я усмехнулась.
Шаг первый сделан.
Завтра будет новый день. И никто не посмеет украсть его у меня.
На следующее утро проснулась с тяжестью в голове — будто ночью по мне проехался грузовик. Но внутри, под всей этой болью и усталостью, теплилась упрямая искра решимости.
На кухне уже царила привычная утренняя суета. Катя стояла перед зеркалом и сосредоточенно заплетала косички, поджимая губы, как будто собиралась на важное совещание. Максим, нахмурив брови, перебирал учебники и что-то бурчал себе под нос про контрольную по математике. Я старалась выглядеть бодрой, будто всё в порядке, хотя внутри всё ещё клокотало от обиды.
— Мам, ты сегодня такая красивая, — вдруг выдал Максим, едва я вошла на кухню.
Я замерла, растерявшись. Красивой? Я? Всё, что я успела сделать, — это умыться, кое-как расчесаться и натянуть чистую футболку вместо вчерашней.
— Спасибо, сынок, — улыбнулась я, но ком в горле тут же напомнил о себе. Я опустила глаза, стараясь скрыть внезапно навернувшиеся слёзы. — Завтракать будете?
— Конечно! — хором отозвались дети.
Достала из холодильника остатки чизкейка, разложила по тарелкам, а сама в это время мысленно прокручивала предстоящий день. Встреча с адвокатом. Надо держаться, говорить уверенно, не дать эмоциям взять верх.
Когда дети ушли в школу, я собрала коробку с чизкейками и отправилась в офис Дмитрия. Сердце стучало так сильно, что, казалось, его было слышно даже через закрытую куртку. В груди боролись страх и решимость. Я знала, что этот визит — риск. Он мог отказать, мог накричать, мог выставить меня за дверь. Но я больше не могла позволять страху управлять моей жизнью.
Вошла в здание, где провела столько лет, и меня тут же накрыло странное, тревожное чувство. Всё здесь осталось прежним: те же серые стены, тот же запах кофе, бумаги и чужих духов, те же сосредоточенные лица сотрудников, спешащих по своим делам. Только теперь я чувствовала себя здесь чужой.
— Здравствуйте, Екатерина Андреевна, — сухо поприветствовала меня секретарша на ресепшене. Её голос звучал сдержанно, но я уловила в нём лёгкую неловкость.
— Здравствуйте, Лена, — я постаралась улыбнуться.
— Дмитрий Сергеевич сейчас занят…
— Всё в порядке, — перебила я, протягивая коробку. — Это для него. И для вас тоже. Просто передайте, пожалуйста.
Она удивлённо моргнула, но ничего не сказала, только кивнула.
Я развернулась и быстрым шагом вышла из офиса, прежде чем она успела задать вопросы, на которые я не была готова отвечать. Уже в машине я позволила себе медленно, глубоко вдохнуть. Первый шаг сделан.
Теперь — главное. Встреча с адвокатом.
Адвокат оказался мужчиной средних лет, с доброжелательной улыбкой и умными, внимательными глазами. Его кабинет был уютным — мягкие кресла, аккуратно расставленные книги на полках, а из большого окна открывался вид на городской парк, где неспешно гуляли люди. Всё здесь располагало к доверию, и я впервые за долгое время почувствовала, что нахожусь в безопасном месте.
— Екатерина, верно? — мягко спросил он, когда я опустилась в кресло. — Меня зовут Александр Петрович. Чай, кофе?
— Чай, пожалуйста, — ответила я, чувствуя, как пересохло в горле.
Он кивнул, нажал на кнопку переговорного устройства и попросил секретаря принести нам чаю.
— Расскажите всё с самого начала, — сказал он, устроившись напротив. — Без деталей невозможно составить стратегию.