Наталья, резко развернувшись, горделивой и неспешной походкой направилась к своему автомобилю, не оглядываясь на шокированного такой новостью Вячеслава.
Несмотря на то, что уснула поздно, едва небосвод окрасился рассветом, Анна уже была на ногах. С волнением она представляла, как сегодня придёт к обеду Илья и что до этого времени надо успеть сделать. Мысли роем жужжали в её голове, пока наводила порядок.
То и дело Аня замирала с ошалелой улыбкой на губах. Прикасалась к ним кончиками пальцев, вспоминая, как вчера их сминал Илья, как брал её – жарко, страстно. Секс с Ильёй был дерзкий, выворачивающий и пробуждающий животное начало. Грубые, пошлые слова, мужские пальцы, оставляющие отметины на теле – всё вместе заводило Анну до такой степени, что она потеряла все крохи стеснения и смущения, отдаваясь ему полностью, без остатка, откликаясь на его прихоти и желания.
Вячеслав в постели был мягок и ускорялся только когда сам подходил к кульминации. Не было с ним взрывного фейерверка в глазах, Анне не хотелось под ним скулить от нетерпения от желания большего, глубокого, быстрого.
Встряхивала головой, старательно отвлекалась, чтобы не впадать в прострацию с глупой улыбкой и не терять драгоценное время. Переключалась мыслями на мужа и это ей помогало – с остервенением натирались тарелки, мылся пол, и протиралась пыль.
Анна никак не могла понять – почему Вячеслав не хочет разойтись тихо, без скандалов и разбирательств в суде. От воспоминаний о его оскорблениях, гневно сжимала кулаки, а когда память подкидывала обидную пощёчину, и вовсе сгорала от ярости. А ещё Анне было стыдно. Сейчас она стыдилась своей слабости, своих слёз. Знала, что могла сдержаться и ведь хотела выйти из ситуации с гордо вскинутой головой, а получилось, что показала свою боль, не спрятала её вовремя.
– Сволочь! Гад! – приговаривала, раскладывая привезённые вещи и получалось намного быстрее, расторопнее. – Ненавижу! Столько лет вранья! – под злые реплики сквозь зубы пол намывался до блеска.
Аня пыталась понять – что имел в виду муж, когда сказал что получил документы, но в то же время официально их не получал. Вариантов у неё было множество, но вот какой из них верный – она не знала. Остро сожалела, что сейчас выходные и у неё нет возможности прояснить ситуацию, поскольку суд естественно не работал.
Встрепенулась Аня от звонка телефона. Бросив дела, побежала к мобильному в ожидании звонка от Ильи, но стоило увидеть, кто именно звонил, с досадой поморщилась. Как бы хотела она не отвечать, но заставила себя и взяла телефон в руку.
– Алло. Привет, мам, – отозвалась спокойно Аня. Мысленно она уже не один раз прокрутила этот разговор и была готова, чтобы эмоционально выдержать его.
– Анна, это правда?
– Что именно?
– Анна! Я звонила Славе, и он сказал, что ты ушла от него. Ты что творишь? Анна…
– А зачем ты ему звонила? – Аня равнодушно потянулась, разминая мышцы.
– Потому что ты трубку не брала. Я вчера весь вечер названивала тебе!
Действительно – увидев входящий звонок от мамы, она просто выключила звук телефона. Ей не хотелось после ухода Ильи портить вечер, выслушивая нравоучения.
– Да, извини, забыла тебе перезвонить. Устала и легла…
– Ты уходишь от ответа, – раздалось гневное, – Где ты сейчас? Что происходит?
– Мам, Слава сказал тебе правду. Более того, я уехала в соседний город, сняла здесь квартиру и подала на развод!
– Что? Ты сдурела? Аня, ты что творишь! Хотя подожди, – голос мамы стал мягче, начал звучать вкрадчиво: – Аня, дочка, а ты давно свои лекарства принимала? У тебя наверняка была стрессовая ситуация и…
В этот момент Анне отчаянно захотелось выругаться. С душой, самым отборным матом. После гибели сына она долгое время принимала препараты, выписанные ей психиатром. Только через пару лет смогла потихоньку отказаться от медикаментов. И мать, бывало, советовала Анне начать принимать лекарства снова, потому как Аня, видите ли, поступает неадекватно. Проще говоря, не так, как хочется матери.
– Да, – прервала маму Анна: – у меня была стрессовая ситуация – я застала Вячеслава в нашей, супружеской постели с любовницей. А знаешь с кем? С Натальей – матерью ребёнка его покойного брата Геннадия.
В трубке раздалось невнятное бормотание, а Анна продолжила:
– Слава трахал эту тварь в нашей постели! В нашем доме!
– Аня, ты поторопилась, – ожидаемо начала мать и Аня, вздёрнув брови, покачала головой и включила громкую связь. Под нравоучения продолжила заниматься делами по дому. Она знала, что мама встанет на сторону мужа, ждала этого, но всё равно было до крайности неприятно и обидно.
– Ну, подумаешь, мужик гульнул, что с того? – вещала трубка. – А ты должна быть мудрее. Устроить скандал, конечно, поплакать для приличия, с этим я согласна, но развод? Аня, а как ты жить будешь? На что?
– Я устроилась на новую работу, снимаю квартиру, и пусть буду жить не богато, но мне хватит. С голоду не помру.
– Да что ты там зарабатываешь? Копейки? Аня, ты привыкла жить в достатке, ты не сможешь…
