Член пульсировал так, что казалось, его сейчас разорвёт от боли. Резко поднявшись, Илья одним движением развернул Анну лицом к стене, нажал на спину, вынуждая её прогнуться и упереться руками в стену, и одним мощным ударом проник в уже готовое, ждущее его лоно.
Пару глубоких, резких ударов – до шлепков, до полного проникновения хватило Анне, чтобы выгнувшись, закричать, содрогаясь всем телом. Её бёдра заходили в руках Ильи ходуном, и чтобы она не упала, он обхватил Аню под грудью, жёстко фиксирую за ягодицу.
– Умничка, хорошая девочка, – обхватил грудь Анны, сжимая пальцами сосок: – Давай, Нюта, ещё немного, – вернул он её в исходное положение и вздёрнул бёдра вверх, вжимая пальцы в нежную кожу: – покричи для меня ещё, – начал он двигаться, с остервенением вдалбливаясь в женское тело.
Илья дурел от стонов-всхлипов Анны, от влажных шлепков плоти, от того, что проникая на всю длину, заполнял её всю, без остатка, как будто две детали пазла, идеально подходящие друг другу, складываясь, приносили внутреннее ликование.
– Да блядь, да-а-а, – вырвалось у Ильи. В глазах всё потемнело, расчерчиваясь яркими всполохами накатывающего, топящего оргазма.
Сжал бёдра Ани, и по инерции двигая бёдрами, начал оседать вместе с ней на колени. Наклонившись, упёрся в женскую влажную от пота спину и, проводя по ней носом, вздрагивал время от времени от последних судорог экстаза.
Женский всхлип привёл Илью в чувство. Мгновенно отстранившись, он развернул Аню к себе, притягивая на колени.
– Нюта, что с тобой, больно? Слишком резко? – сыпались у него встревоженные вопросы, а Аня, замотав головой, прижалась к Илье всем телом, обвивая его руками, устраивая голову на мужской груди и сквозь всхлипы призналась:
– Я не… Боже… Илья, я…
– Нюта, – позвал он её, растерянно вглядываясь в женское лицо.
– Это было волшебно… – покачала головой Аня и, потершись носом о мужскую грудь, продолжила: – Непередаваемо, – добавила признание. – Я никогда… я чуть сознание не потеряла, – шептала она под облегчённый мужской вздох.
Илья вместе с Анной устроился поудобнее, сам шалея от тех чувств, которые испытывал, занимаясь с ней сексом. Нечто первобытное пробуждалось в нём. Иногда жёсткое и он, как будто стремясь её заклеймить, не мог удержаться, чтобы не облизывать, прикусывать, в стремлении оставить свои метки. А уж кульминация… «Как попасть под маленький взрыв сверхновой», пришло на ум сравнение. Чуть усмехнувшись, он удовлетворённо проговорил:
– Я рад, что смог доставить тебе такое удовольствие.
Время до вечера в компании Ильи пролетело слишком быстро, и противные стрелки неумолимо приблизились к шести. Наблюдая, как мужчина одевается, Анна старательно удерживала улыбку, чтобы не показать разворачивающуюся тоску. Бросив на Анну взгляд, Илья спросил:
– Как у тебя отчество?
– Дмитриевна, – немного удивилась Аня такому вопросу.
– Хм, Анна Дмитриевна позвольте вас завтра пригласить на обед. Допустим в маленький ресторанчик, который недавно открылся неподалёку от вашей работы.
Губ Ани коснулась мягкая, счастливая улыбка, а глаза засияли радостью.
– Почему бы и нет, – пожала она плечами и, сделав шаг, прижалась к Илье.
Любимый, пылко и сладостно поцеловав её – ушёл, оставляя звенящую тишину в пустой квартире. Анна прошлась по комнате, застелила разворошенный диван, при этом вспоминая – как и что они делали здесь. Прошлась на кухню и, покачав головой, позвонила Алевтине Павловне. Сил не было сидеть одной. Анне хотелось с кем-то поделиться бушующими счастливыми эмоциями и переживаниями. Пожилая женщина с радостью пригласила её в гости и Анна, быстро собравшись, уже хотела выйти из квартиры, как раздался телефонный звонок.
Остановившись у входной двери, Аня достала из сумки мобильный. Зажмурившись, прислонилась к стене.
– Не хочу, не хочу…– шептала она, но всё же коварное женское любопытство пересилило, и на третий вызов она ответила:
– Слушаю.
– Привет, Ань, – послышался голос мужа.
Прикусив губу, Анна молчала, не желая подавать Вячеславу мысль, что она забыла, что готова простить по первому его звонку.
– Даже не поздороваешься? – вопреки её ожиданиям, голос мужа не сочился ядом, не искрил уверенностью, а звучал как-то странно. Анне даже показалось – надломлено. Но встряхнув головой, она мысленно усмехнулась своим мыслям и спросила резковато:
– Чего ты хочешь?
– Чего хочу? – переспросил Слава. Тяжело вздохнул в трубку, потом усмехнулся: – То, что я хочу, увы, не осуществимо, Ань. Я… прости меня. За то, что наговорил и за… я… – Вячеслав замолчал и только тяжёлое дыхание доносилось до Анны.
«Да уж – тяжело тебе даются слова, – она мысленно горько усмехнулась. – В кои-то веки решился и не можешь их выдавить себя».
– Твою ж… хреново вот так, по телефону. Я, конечно, мог бы сказать, что был пьян, но понимаю – ни хрена это не оправдание. Аня, прости и честно, паршиво мне после того как поднял на тебя руку. Прости, – закончил он совсем тихо.
