Слышу его топот и свое сбивчивое дыхание.
— Устина тебе не хватало бутылок? — кричит мне мой внутренний голос, — ты захотела экстрима!
Сколько можно терпеть эти унижения. Просто издевательства надо мной. Я всю свою жизнь прикрывала Влада. Всегда молчала. И старалась ничего не рассказывать.
Помню, как его отец спрашивал про своего сына. Какой он муж? Не обижает ли он меня?
Я молчала, как рыба, я же приличная жена, которая должна ему готовить, убирать, все делать, чтобы милый был счастлив.
Прикрывала его, когда он пьяный не мог поехать на встречу. Мой Влад заболел, когда он звонил и спрашивал где он.
Я отвечала на работе.
А он оказывается был у Светки, развлекался с ней на кровати. Я как дура его защищала. Слезы брызнули.
Самое обидное я считала, что это нормально!
Я уже почти задыхаюсь, пробегая один пролет за другим. Мое сердце стучит со страшной силой, и правда за все больно и очень обидно.
Железная дверь. Нажимаю матовую кнопку, чтобы открыть и выскочить из злополучного подъезда. Она заела.
Я бью кулаком по железной двери и начинаю рыдать. В эту минуту я хватаю телефон и набираю номер Дашковича.
Раздаются гудки и голос. Все тот же сильный и властный:
— Алло.
— Спаси меня, — произношу я и говорю адрес. Мой телефон выхватывает Влад и со всей силы бьет об пол.
— Добегалась Сука!
В его глазах я вижу весь ужас, который он скрывал от меня.
Что-то животное, низменное, вспыхивает на его лице. Страшное.
Мы стоим с ним в подъезде, и он пожирает меня взглядом, полным ненависти и злости. Будто за все несчастья, что хлынули на него, виновата я одна.
Меня пробирает дрожь. Я еще до конца не соображаю, что сделала. Ведь я позвонила его отцу. Решилась сказать правду. Я молодец?
— Зачем ты это сделала? — говорит он, с необыкновенной злостью, впиваясь в меня своими глазами. Он прижимает меня к двери, и я чувствую, что воздуха больше не хватает.
Влад, как ты низко можешь пасть.
— Я устала, — говорю ему в лицо, больше не боясь последствий, — устала от твоих унижений и предательства. Всю нашу жизнь я дышала только тобой. Представляла, как ты придешь, обнимешь меня. Мы с тобой займемся сексом, а ты все это время трахал ее.
— Ты дура, — говорит он холодным чужим мне голосом. Я вся дрожу и холод, взявшийся из ниоткуда, сковывает меня.
Я всхлипываю, и слезы скатываются по моим щекам. Они текут, размазывая тушь. Он как безжалостный зверь стоит и смотрит на меня. У него нет ни капли сочувствия и ничего не осталось человеческого.
— Ты доигралась, — говорит он, хватает мои руки и крепко их сжимает. Я пищу от боли и пытаюсь всячески ему сопротивляться. Он открывает дверь домофона, слышны гудки.
Пи пи пи
Влад выталкивает меня на улицу. Держит руки, тащит, наверно, к машине. Рядом никого. Некого позвать на помощь.
— Зачем, куда? — кричу я, пытаясь вырваться из его захвата. Он молчит. Его взгляд устремлен к машине. Что он задумал? Мне страшно. Только не хватало того, что муж затащит меня в машину и отвезет неизвестно куда.
Что будет со мной дальше?
— Влад, отпусти меня, прошу, — я умоляю его, мои слезы текут по щекам. Меня всю трясет, сердце колотится в бешеном ритме. Он еще сильнее сжимает мои тонкие запястья.
Я готова реветь от боли, обиды и безысходности.
Но тут раздается громкий шум. Огромный черный джип резко тормозит рядом с нами, и оттуда выпрыгивают два бойца. Парни в черных брюках и белых рубашках, окружают нас.
Один амбал резко валит Влада на землю и удерживает его. Второй хватает меня и затаскивает в машину. Я уже не сопротивляюсь — сил нет.
Меня сажают в джип и захлопывают дверь. Два парня запрыгивают в машину, и мы срываемся с места. Оставляя Влада испуганного лежать на асфальте.
— Вы кто? — вырывается у меня, когда мамин дом пропадет из виду. Я прижатая сижу на неудобном жестком кресле среди двух здоровых мужиков. От них пахнет потом вперемешку с дорогими духами.
В машине орет музыка и бешено работает кондиционер, что меня сдувает от его холода.
— Твоя охрана, — говорит мне один наглый. Он жует жвачку и стучит пальцами по впереди стоящему сидению. Косится на меня похабно, разглядывает. Что мне становится противно.
— Дашкович нас к тебе приставил, чтобы мы за тобой присматривали.
— Вы за мной следили! — вскрикиваю я испуганным и удивленным голосом, смотрю на них.
В ответ только улыбка от этого парня.
— Вы скоро все сами узнаете, — говорит наглым голосом и откидывается в кресло, давая понять, что не собирается больше со мной разговаривать. Меня пробивает возмущение!
Дашкович представил ко мне охрану! Кто дал ему право за мной следить. Машина останавливается около большого офисного здания, и мы въезжаем в подземную парковку.
Все, как обычно, у Дашковича, масса охраны, конспирация и наглость. Чувство полной безнаказанности от собственных поступков. Меня подводят к лифту, и я понимаю, что ведут прямиком к Дашковичу.
Хочется если честно все ему высказать прямо в лицо. Хотя если честно, наверно, я ему должна быть благодарна, в том, что он вытащил меня из рук Влада.
