— Да нет, пишет, что всё нормально, чтобы я не беспокоился, — он сел с нами на заднее сиденье, и Маруся с Ваней уютно посапывают между нами, покачиваясь в такт движению.
— А как же обещанный отпуск? — с улыбкой интересуюсь я. Ничто не должно испороть мне сегодняшний вечер. И даже мой совершенно отвратительный пьяный муж, каким я его никогда не видела.
— А отпуск будет! — отвечает Тимофей и пристально смотрит мне в глаза. — Билеты уже куплены, осталось только собрать чемоданы! Уже послезавтра!
Но ни на следующий день, ни через день Анжела так и не появляется в доме, и мы едем на море вчетвером. На самом деле Тимофей переживает из-за осложнений, которые возникли у его любовницы после очередной операции, про которую она ему, конечно же, не говорит, но дети так долго ждали этой поездки, что Тима всё-таки решает поехать.
— Я и так мало времени провожу с ними, и теперь опять всё отменять… — раздумывает он до последнего, и я стараюсь не вмешиваться, чтобы не быть очередной разлучницей. В конце концов, моё дело — присматривать за детьми и воспитывать их! А их отношения с Анжеликой — это их отношения с Анжеликой.
И в итоге мы едем вчетвером! И как бы я ни старалась держаться в стороне, внутри меня всё ликует, что эта глупая стерва ещё проваляется в своей клинике пластической хирургии еще неделю, и я не буду видеть её вечно недовольную рожу. Ничего так не портит людей, как «из грязи в князи», теперь то я это знаю наверняка!
Я переписываюсь со своей Галей, и она мне отвечает: «Поверь мне, деточка, никто не будет думать о тебе, когда тебе будет плохо. Поэтому поезжай и отдохни хорошенько! И помни, что ты никому ничего не должна». И тут я с ней совершенно согласна: кому-кому, а этой Анжеле я точно ничего не должна!
Наш отпуск проходит просто чудесно: всего неделя, но мне кажется, что мы так вместе уже месяц. Мне всегда есть о чём поговорить с Тимофеем, и он всё больше поражается с каждым разом моим глубоким познаниям в бизнесе. Каждый вечер я ухожу спать к детям, но вот однажды, к концу нашей поездки, Тима, немного замявшись, предлагает мне:
— Илона, у нас осталось всего пару дней на море.
— Да, это очень грустно, — отвечаю я ему.
Дай мне волю, и я осталась бы здесь жить! Я же всю жизнь пахала и пахала, и даже не ездила в отпуск: все мои клиентские семинары и командировки — вот и все мои отпуска. А я всегда хотела быть просто мамой и заниматься детьми и домом, и вот в первый раз в жизни у меня сбылась моя мечта!
— Поэтому позволь пригласить тебя сегодня на ужин! — с улыбкой прерывает поток моих мыслей Тимофей, и я переспрашиваю его:
— На ужин?
Интересно, это свидание?
— Ну да, просто ужин, — специально деланно безразличным тоном отвечает Тима.
Ну да, ничего особенного…
Ваня с Марусей сладко посапываю в своих кроватках, а я спускаюсь на нашу огромную веранду в роскошном гостевом доме, который арендовала семья Спасского. Совсем рядом, в темноте, плещется прибой, а сотрудники уже зажгли свечи в стеклянных подсвечниках на ступеньках и перилах. Моё лёгкое летнее платье развевается на тёплом морском бризе, и в дрожащем свете свечей я вижу знакомый силуэт: это Тимофей сидит, развалившись, в ротанговом кресле.
За неделю на море он загорел и выспался, и теперь стал ещё сексуальнее. И желаннее.
Это не твой мужчина, это не твой мужчина, — повторяю я про себя, как мантру, приближаясь к нему.
— Выпьешь? — завороженно смотрит на меня мой одноклассник, наливая мне в бокал рубиновой жидкости.
— А ты помнишь, как мы первый раз напились всем классом? — вдруг вспоминаю я наше детство, и Тимофей смеётся в ответ:
— Ага, точно. На дискотеке. В десятом классе. Как сейчас помню, ты была такая красивая. В этом своём чёрном платье в обтяжку, помнишь?
— Чёрном? — поражаюсь я его памяти. — Да, тогда ещё были в моде все юбки и платья в облипку. Не то что у нынешней молодёжи: штаны и футболки.
— Да, я смотрела тогда, как ты танцуешь с Серёжкой Старковым, — мечтательно тянет Тимофей, словно прокручивая перед мысленным взором фильм из прошлого. — И я боялся к тебе подойти. А ты была самой красивой девочкой в классе…
— Скажешь, тоже мне! — смеюсь я, глядя на него.
Но не вижу в его глазах и тени улыбки. Он совершенно серьёзен.
— Ты и сейчас самая красивая девочка. В классе, — глухо произносит Тимофей, вставая и подходя ко мне.
И я чувствую, как жаркая тропическая волна накатывает на меня, и я тону в ней с головой. Ещё секунда, и я ничего не смогу с собой поделать. Не смогу больше оставаться порядочной отличницей. Плевать на все приличия. Живём раз, в конце концов! И я встаю со своего места и оказываюсь прямо напротив его желанных влажных губ. Меня снова обдаёт пряно-острым ароматом мужского тела, а крепкие сильные руки уверенно притягивают меня к себе, и я буквально захлёбываюсь от того, когда его губы впиваются в мои, не давая мне дышать.