— Если бы все знали, что потом разведутся, то не женились бы, конечно, — заговорила я негромко. — Но все ведь когда влюблены верят в лучшее. Что он — единственный, и этот брак — навсегда. Но…. Увы, иногда человек приходит в нашу жизнь лишь на время. Так случилось у нас с папой.… Он понял, что я… Не то, что он хочет видеть в своей жизни. Что же ему теперь — насильно с нами жить? Точнее — со мной. С вами он обрывать контакты не будет, вы останетесь для него самыми близкими людьми. А со мной ему жить в одной спальне, на одной кровати не придётся больше, раз он этого больше не хочет.
Несмотря на то, что дочери уже было семнадцать, почти совершеннолетняя, мы так редко и мало говорили с ней о любви, семьи базовых потребностях женщины и институте брака. У меня вечно не было времени даже на детей. Я и не заметила, как моя маленькая Нинуша выросла в такую взрослую, спелую красавицу.… Может, и зря я с ней об этом всём не общалась. От кого же еще ей набираться опыта, как не от матери. А я что ей дала, если последние лет десять просидела в больнице?
— Я просто думала, что вы с папой — идеальная пара.… — тихо сказала Нина, глядя в свою чашку. — И у вас — настоящая любовь. Вы почти тридцать лет вместе прожили! Я гордилась вами, нашей крепкой семьёй.… Что же потом случилось? Неужели всё это — фальшь сплошная была? Видимость семьи. Когда со стороны всё кажется замечательным, а по факту — семьи никакой нет давно.
Да, что-то похожее и было у нас со Степаном в последнее время, увы. Но как объяснить всё это юной девушке, которая сейчас может испортить себе жизнь, неверно истолковав проблемы нашего с её отцом брака?
— Любовь была, — ответила я, осторожно выбирая слова. Многие из них ранили меня, но я продолжала говорить — ради дочери. — И она была настоящей. Мы с папой когда-то сильно любили. Искренне. Хотели брака, свадьбу, семью, детей… У нас родились вы. Разве то, что трое детей в семье, ни о чём не говорит, по-твоему? Любовь была… Но потом у нас начались проблемы, с которыми мы не смогли или не захотели вовремя разобраться… Итог ты видишь. Надо уметь говорить со своим супругом, не молчать, если есть претензии, и при этом уметь их корректно озвучивать, чтобы не задеть и не оскорбить своего супруга. Увы, лишь единицы в нашей стране это делать умеют. И мы с папой не стали счастливым исключением… Но прошу, не надо полагать, что все браки — плохие и рано или поздно развалятся, и что все мужчины — подлые предатели. Просто…это у нас так вышло.
— А кто же они? — сузила глаза дочь. По её глазам читалось, как ей больно за меня. А мне — было больно за неё. Я хотела бы, чтобы мои дети улыбались, а не плакали и страдали, как сейчас. Из-за нас со Степаном…. Но, наверное, подобный этап жизни — развод — иначе пережить не выйдет. Никто из членов семьи не смог бы отнестись к развалу семьи, к которой привык, и расставанию родителей, которые казались им единым, целым и неделимым, спокойно и равнодушно. Все дети в таких историях страдают, и даже больше, чем взрослые. Но никуда не денешься, всем придется это принять. — Сколько вы жили вместе… Сколько прошли? А потом папа просто решил, что ты ему больше не нужна? Под пятьдесят лет, да? Почему же он не подумал о том, что вам не по пути, когда тебе было тридцать, и ты еще могла встретить другого мужчину? Он просто испортил тебе жизнь… И не он один, и не одной тебе… А ты говоришь — не все предатели! Да я, на вас глядя, понимаю, что вообще замуж не хочу! Нафиг надо, чтобы потом этот козёл, которому полжизни отдала, детей рожала и борщи готовила, потом пошел и наставил мне рога. Спасибо, не хочу!
Логика в её словах была, конечно, и гнев на отца имел почву под собой.
Но, увы… Разве можно предсказать, как закончатся отношения, которые всегда начинаются красиво и романтично? Кому-то везёт и брак сохраняется долгие годы, иногда — навсегда, другим — везёт меньше, и никто заранее не сможет сказать, какой именно попался человек им на пути.
