«Врачи говорят, вообще ничего нельзя делать».
Через минуту на карту падает пять тысяч рублей, половину из которых я трачу на кафешку, устроив маленький праздник живота для себя одной.
На вторую половину я заказываю по порции роллов на каждого и иду звонить своему благодетелю, номерок которого так благоразумно припрятала старенькая медсестра.
На седьмом гудке я понимаю, что звоню не вовремя, и уже собираюсь отключиться, когда моё внимание привлекает щелчок.
— Слушаю, — отвечает сухо и строго.
— Здравствуйте, меня зовут Ирина, — начинаю волноваться и слегка запинаюсь. Подумает ещё, что я услуги какие навязываю или товары. — Сергей, только трубку не бросайте, пожалуйста, я звоню поблагодарить вас. Вы мне жизнь спасли три недели назад.
— Да я вроде никого не спасал, — в голосе появляется подозрительность.
— Как же, вы донором были, мне вашу кровь перелили.
— А, вы про это, — слышу, как он начинает улыбаться, и сама немного расслабляюсь, — на моём месте любой бы так поступил.
— Не любой, Сергей, поверьте мне, я точно знаю.
— Засмущали меня.
— Сергей, скажите, пожалуйста, вам будет удобно встретиться завтра во второй половине дня? Я бы подъехала на работу или к дому, как вам удобно. К сожалению, у меня нет финансовых возможностей по достоинству отблагодарить вас, но я бы всё равно хотела сделать небольшой подарок.
— Как, вы сказали, вас зовут? Ирина?
— Да, всё правильно.
— Послушайте, Ирина, я стал донором не ради подарков, и вы мне ничего не должны.
— И всё же мне самой будет очень приятно. Я не задержу вас надолго. Пожалуйста.
— Хорошо, — приезжайте в головной офис компании «Королевский путь», — адрес…
— Я знаю адрес, — перебиваю.
Ещё бы он был мне неизвестен. Ведь именно там работает Владик, который до сих пор всем друзьям горделиво напоминает, что трудится в очень крупной корпорации.
— В какой отдел мне подойти?
— Поднимайтесь в приёмную генерального.
Остаток дня я провожу у мольберта, который семья подарила мне на прошлый юбилей.
Я увлекаюсь живописью уже лет десять. Начала с картин по номерам, но со временем стала придумывать изображения сама.
Семья считает, что я всё ещё раскрашиваю покупные картинки, но всё, что мне теперь нужно, — это холст, карандаш, кисти и краски.
Конечно, первые разы получалось из рук вон плохо, но я посмотрела несколько обучающих роликов, проанализировала техники, а дальше время и труд вывели меня на приличный уровень.
По крайней мере, мой внутренний критик одобрительно кивает, глядя каждый раз на получившийся результат.
Я уделяю своему хобби два, а иногда и три раза в неделю по полтора часа, когда остаюсь дома в полном одиночестве и наконец-то воцаряется тишина.
Раньше мне было стыдно: казалось, что я таким образом краду время у семьи, ведь вместо рисования можно сделать что-то полезное. Но со временем пришло понимание: я и так кручусь как белка в колесе от рассвета до заката, должна же быть и у меня своя отдушина.
С одной активной рукой работать несколько сложнее, но в принципе получается довольно прилично.
Давно задумала эту картину.
Перед глазами практически законченное полотно с большим деревом, крона которого разделена на четыре зоны, символизирующие смену времён года. А на переднем плане мужская и женская кисть, тянущиеся друг к другу.
Собиралась подарить её мужу на Новый год.
Как знак нашей вечной любви.
Оставалось только закончить несколько пальцев, да обручальные кольца. Хорошо, что не успела. От колец не должно остаться и следа.
Лёгкими мазками я пишу красную нить, связывающую запястья. По-моему, получается отличный символ жизни, что подарил мне незнакомец.
Отхожу подальше и любуюсь своей работой.
То, что нужно.
На телефоне срабатывает будильник, напоминающий о скором приходе детей и предателя-мужа. Сегодня я не готовлю еду, поэтому без лишней суеты убираю инструменты для рисования по местам.
— Ого! — сын первым замечает новую посудомойку, зайдя на кухню. — Мы чего-то не знаем? Ты выиграла в лотерею?
— Нет, но я решила, что нельзя экономить на собственном комфорте.
— Подожди, — ошарашенно хлопает глазами муж, который ушёл сегодня с работы без задержек, — почему ты не обсудила покупку со мной?
— Потому что делами дома занимаюсь я. Ты ведь не советуешься со мной, когда тебе нужно уехать с ночевой перед судом, — не могу не уколоть двусмысленной фразой, очаровательно улыбаясь. — И это правильно. Это твоя зона ответственности, и ты принимаешь решения. А посудомойка относится к моей зоне.
Владик в растерянности открывает и закрывает рот.
— Садитесь за стол, пора ужинать, — достаю одной рукой из пакета роллы.
— А фрикаделек не будет? Я так по ним соскучилась, — корчит моську Катя, — Мам, приготовишь завтра?
— Нет, с гипсом ничего не могу делать, — снова мило улыбаюсь, — но фарш куплю, а после школы научу тебя. Буду объяснять, а ты лепить.
— Ээ, у меня завтра дополнительные занятия, — дочь даёт задний ход в надежде увильнуть от внезапно свалившейся работы, вот только хрен там плавал.