— Разговор окончен, — строго сказал он, и Марина, обиженно вильнув стройными бедрами, ушла в дом.
Жданов снова вздохнул. С одной стороны он понимал Маринину обиду на то, что ее не принимают, а с другой – Алексея порой убивала ее зацикленность на его бывшей жене и дочери. Все, они в прошлом, чего цепляться? Он захотел быть с ней, так на фиг ковырять мозг дурацкими разговорами и претензиями?
Он не пошел за ней, решив, что помирится завтра, а сейчас ему хотелось только одного – наконец-таки нормально отдохнуть после этого выматывающего дня.
Однако следующее утро началось с неожиданных новостей.
Жданов вышел к завтраку, когда уже все было готово – блюдо с горячими бутербродами, два кофе, нарезанные дольками сочные персики. Марина не очень любила и умела готовить, поэтому у них на столе редко появлялось что-то более солидное.
Они заняли свои места и молча ели вплоть до того момента, как Марина, не отрывая взгляда от тарелки, невозмутимо произнесла:
— Я подала документы на восстановление в университете. Академ закончился.
Алексей аж закашлялся от такого заявления.
Прошлым летом, когда их отношения только завязались, стремительно и необратимо сломав прежнюю жизнь, они с Мариной обсуждали, как быть с ее учебой и сошлись на том, оторваться друг от друга они категорически не в состоянии, поэтому она на год возьмет академ, а потом будет видно.
И вот год прошел.
Алексей уже и думать забыл о тех планах и разговорах, и был уверен, что Марина никуда не собирается возвращаться.
И тут такое! Не мудрено закашляться!
— Не уверен, что это хорошая идея.
— Это прекрасная идея, — спокойно возразила она, — надо восстанавливаться, пока в памяти еще все свежо, и продолжать учебу. Тем более осталось немного. Всего год для получения бакалавра. Если, конечно, не захочется идти в магистратуру.
Какая еще на хрен магистратура?!
И без того не слишком вкусный завтрак встал поперек горла. Жданову пришлось сделать пару больших глотков кофе, чтобы окончательно продышаться.
— Дашка перешла на заочный и прекрасно там учится.
— Это проблема Дашки, — тут же вскинулась Марина, — Я не собираюсь портить свое образование заочкой!
— Почему сразу портить? Тысячи людей учатся заочно.
— Я не буду переходить на заочку, — сквозь зубы процедила она, — даже не заикайся об этом.
— То есть мое мнение не важно?
— То есть мое образование не важно?
— Я этого не говорил. Просто надо искать какие-то другие варианты, а не ехать за тридевять земель…
— Какие, например? Сделать так, как удобнее тебе, наплевав на мое будущее?
Кто бы знал, как сильно в этот момент Жданова раздражала его молодая жена. Своим упрямством, категоричностью и неумением идти на компромиссы.
— Мы вообще-то семья, — прохладно напомнил он.
Почему-то снова на память пришла Лена, и то, как они прожили всю жизнь, разлучаясь максимум на несколько дней и то в случае крайней необходимости. Никому из них даже в голову не могло прийти, что можно куда-то уехать надолго, оставив родной дом и семью.
— В семье должны поддерживать, а ты, наоборот, хочешь, чтобы я отказалась от развития и сидела дома.
— Как ты себе вообще это представляешь? Уедешь и будешь раз в полгода наведываться на каникулы?
— Почему раз в полгода и почему только я? — ответила она вопросом на вопрос, — я договорюсь с деканатом так, чтобы можно было раз в месяц-полтора отлучаться на неделю. Спланирую так, чтобы что-то сдавать заранее, а что-то отрабатывать в свободное время. Так что проблем не будет.
— То есть за семестр ты появишься дома от силы раза три-четыре. Прекрасно! — он возмущенно отодвинул от себя тарелку. Аппетит окончательно пропал.
— У тебя график такой, как ты сам решишь, поэтому можешь запросто прилетать ко мне на выходные. Не так уж и долго на самолете туда-обратно. Так что видеться будем часто. По-моему, все не так уж и плохо.
— Все супер, — скупо ответил Жданов, поднимаясь из-за стола. Вот чего ему не хватало на старости лет, так это мотаться каждую неделю из города в город, чтобы повидаться со своей женой. — Скажи честно, это такая нелепая месть за то, что я не рассказал про юбилей?
Марина нервно дернула острым плечиком:
— Ну, не сказал и не сказал. Это не повод для обид. И уж точно не имеет никакого отношения к моему возвращению в университет. Я давно об этом уже думала.
Почему-то Жданов не верил этим словам. Он был уверен, что до вчерашнего дня Марина никуда не собиралась и даже не вспоминала про свою учебу, и что решение восстановиться было совершенно спонтанным. Из разряда: раз ты так, то я вот так.
Совершенно глупо и по-детски.
У него не было никаких моральных сил, чтобы разбираться с этим сейчас. Слов нужных не было. Сохранился только мат и междометья.
— Мы обсудим это вечером. Когда я вернусь с работы.
— Хорошо, — легко согласилась Марина, явно не испытывая приступов совести.
Алексей поспешил уйти, потому что неприятный разговор вполне мог обернуться полноценным скандалом.