— В прямом, Инга. Смирись и прими факт, что ты — моя женщина, а сейчас иди работать, — Марк аккуратно подтолкнул меня в сторону двери. — Вечером встретимся и все обсудим. Светлана тебя проводит.
— Светлана? — я приподняла бровь, вспоминая данное недавно обещание «лично проводить в рабочий кабинет».
— Да. Мой секретарь. Так будет лучше, Инга… Олеговна.
Я поправила полы и рукава жакета, провела рукой по волосам, проверяя прическу. Черт! Мы даже не целовались, но после объятий Марка я чувствовала себя растрепанной. Какие чувства, такой и внешний вид. Что внутри, то и снаружи, так ведь?
Наш кабинет находился недалеко, всего через две двери от Баженова.
— Инга! — бросилась ко мне Галина, едва я переступила порог комнаты. — Тут такое…
Жестом пришлось прервать эмоциональный всплеск коллеги. Я достала телефон и быстро набрала текст.
«Здесь говорим только по работе: камера может писать звук. Все личное — на обеде или в переписке.»
Если Кулакова и удивилась, то не подала вида, бросив лаконичный ответ.
«Поняла. На обеде поговорим.»
Да, камеру я заметила сразу. Белая полусфера была установлена в углу на входе и пробивала всю площадь не большого, но очень уютного кабинета с двумя столами, панорамным окном и анатомическими офисными креслами.
— Ну что, поехали? Ты что берешь?
Прелесть общения с Галиной заключалась в том, что мы понимали друг друга с полуслова. Взгляда было достаточно, чтобы передать суть проблемы или состояния. Остальное, личное — позже.
— Заправки, если не возражаешь.
Рыба ищет, где глубже, а человек — где лучше, удобнее и проще.
— Хорошо. Тебе заправки, мне — отели. Готовь запрос на документы.
— Ладушки.
Потихоньку, помаленьку мы запустили процесс, но время от времени я поднимала голову и смотрела на красный глазок камеры. Большой босс следил за нами. Однозначно.
Марк Баженов
Это случилось два года назад. Российский форум предпринимателей, ставший традиционным, давно перестал быть чем–то необычным. Знакомые лица, привычные темы. Курсы валют, санкции и их бумеранг, шарахнувший по бизнесу всех и каждого, переориентация денежных потоков и связей с Запада на Восток. Скучно. Утомительно. Новых лиц почти нет…
Слегка ослабив галстук, я занял место в углу большого зала, наблюдая и оценивая участников. Женщин в зале мало, их фигуры терялись за широкими спинами мужчин. Форум — наша планета.
Брюнетку в строгом черном платье я заметил сразу. Похожая на училку, с волосами, убранными в низкий пучок, она неспешно прохаживалась среди мастодонтов российского бизнеса. Интересная штучка!
Я вскочил с места и незаметно шел следом за незнакомкой, которая направлялась к… Аурика Дигон — дама, широко известная в узких кругах. Ее муж — Артур Дигон — владелец металлургических комбинатов, стоял неподалеку в компании с министром внешней торговли и одним из депутатов госдумы. Мужчины обсуждали насущные проблемы. В мире бизнеса про чету Дигон ходили легенды. Говорили, что Артур обязан жене жизнью, а она — его верный и крепкий тыл. Эти двое жили в счастье почти тридцать лет. Их любовь казалась сказкой, но явственно читалась во взгляде мужчины и в улыбке его женщины.
Судя по всему, брюнетка — помощница Аурики или даже больше. Наследница ее бизнеса, который Дигон построила самостоятельно, без помощи мужа. Сама Аурика не могла иметь детей. Эту информацию вытащил на свет один из пронырливых журналистов. Сейчас несчастный работает на одного из фермеров в ближайшем Подмосковье: чистит коровники, раздает корм козам и постепенно выплачивает пострадавшей моральную компенсацию, назначенную решением суда. Да, Артур не пожалел парня, проехал катком по его карьере. Отомстил.
Вот Аурика перекинулась парой фраз с брюнеткой, та едва заметно кивнула в ответ. Да, женщины знакомы и отлично понимают друг друга.
Иван Коган, гигант российской медицины, талантливый кардиохирург пришел на тот форум со своим сыном. Вот уж на ком природа отдохнула! Павел Коган зацепился взглядом за проходившую мимо брюнетку и решил взять ее на абордаж, используя фамилию отца и слащавую внешность. Стараясь оставаться незамеченным, я подошел к паре сбоку. Коган–младший прихватил даму за локоток, что–то прошептал на ушко и замер, ожидая ответной реакции. Женщина изящно поманила переростка–недоумка пальчиком, призывая наклониться, и произнесла несколько коротких фраз, после которых лицо Паши покрылось красными пятнами гнева, а пальцы сжались в кулаки. Я на всякий случай приблизился: кажется, брюнетка прошлась по болевым точкам Когана, и его ответная реакция могла быть взрывной. Он сдержался, глядя вслед удаляющейся красавице, а я… Я бы много отдал, чтобы узнать, что ответила та, которая почти час владела моим вниманием. Час — это много, будем откровенны. Обычно для изучения дам мне хватало пяти–десяти минут.