— Раз вы вошли в золотой клан, то теперь вам запрещены посещения службы, дитя? — уточнил он, обратив взгляд ко мне.
Рука Аргоса на моём плече закаменела и стала невероятно тяжёлой, а террас разросся под моими ногами в настоящего теневого монстра. Меня же одновременно разозлила и напугала прямая провокация.
— Госпожа. Я ваша госпожа, кардинал. Мне ничего не запрещено, это мой выбор. Я теперь часть золотого клана и не могу предать убеждения мужа.
— Не думали, что ваше отречение от Трёхликого спровоцировало приход зимы?
В зале послышались шепотки, кто-то ахнул от неприкрытой вражды, высказанной в адрес лорда и его супруги.
— Вы мне скажите, кардинал, — выдохнула я, пытаясь придать голосу твёрдость. — Трёхликий будет вести себя столь мелочно, чтобы наказывать тысячи невинных за проявление верности супругу? Мне кажется, нет. Вы говорили, ваш бог милостив.
— Значит, он не ваш, госпожа?
— Я человек науки, кардинал, и с каждым годом становлюсь всё прагматичнее. На материк воздействуют меняющие направление течения, на пути которых больше не стоят ушедшие в небытие земли. Они будут влиять на климат множество лет, смещать наступление сезонов, приносить холод, либо тепло, погружать под воду земли и поднимать морское дно. Это естественный процесс. Мы должны радоваться завершению катаклизмов. Драконы выполнили своё обещание: защитили нас. И они не запрещают веру в Трёхликого. Разве не долг спасённых проявить уважение к убеждениям своих защитников?
— Мудрые слова, — включился Аргос. — Драконы взаимодействовали с создателями наших миров на протяжении всей своей истории, именно поэтому боги открыли нам переход в Альлирию, когда наш мир пришёл к концу своего существования. Мы не принуждаем вас к отказу от веры, но просим в ответ не пытаться оказать влияние на нас.
— Да, конечно, — кардинал склонил голову, но показалось, чтобы скрыть выражение своего лица.
— Молодец, — шепнул мне Аргос.
Я кивнула. Только чувствовала себя ужасно, ведь нажила сильного врага. Ещё одного в длинном списке, который, возможно, возглавляет муж.
Разговор на этом прекратился сам собой, Аргос увёл кардинала в сторону и принялся что-то вещать с жёстким выражением на лице. Старикашка с каждым его словом будто убавлялся в росте.
— Столько лет корпеть над своими книжками, коллекционировать знания, но не набраться ума, — выговорила мне мачеха. — Ты должна была обезопасить себя, а не бросать вызов бывшему правителю, — буквально провыла она в отчаянии, прежде чем уйти.
Можно подумать, она была шибко умной в двадцать три года…
— Как неприятно. Кардинал поставил вас в неловкое положение, мне очень жаль, — ко мне подошёл Кастор. Юрист даже в театр выбрался в довольно строгом и закрытом костюме. — Как вы себя чувствуете, госпожа Лильен? Держались отлично.
— Всё хорошо, спасибо, — я очень старалась транслировать вокруг себя спокойствие и уверенность. — А вам как представление, Кастор?
— Не очень, признаюсь вам. Предпочитаю классические постановки, наверное, я не готов к современному видению.
— Как и я. Тут мы похожи.
— Приятно быть с клиентом на одной волне.
— Лильен, пошли перехватим чего вкусного, — возле меня словно из ниоткуда материализовался Джонас.
— Тебя Аргос заставил отгонять от меня гостей? — обвинила я, когда он настойчиво потянул меня к столу с закусками.
— Нет, я либо буду с тобой, либо отправлюсь цеплять красоток. Какой вариант лучше?
— Со мной, — со вздохом согласилась я. — Значит, Аргос ничего не говорил?
— Просил оберегать тебя, — пожал он плечами. — Здесь плавает много хищников.
И не сказать, что их останавливает присутствие возле меня драконов.
— Слишком много. Джонас, Аргос показывал тебе мои письма? — спросила шёпотом, склоняясь к его плечу. — Там должна была прийти экспертиза яда.
— Яда? Нет, он показывал только одну экспертизу. Но там была…. настойка для зачатия.
— Чего? — опешила я, но быстро поняла, в чём дело. Мачеха добивалась не моей смерти, а рождения ребёнка. — Я думала, это яд. Надеялась получить компромат на Реико. Значит, она всё спланировала, отправила ко мне Аргоса, а мне подмешала настойку.
— Повезло тебе с мачехой.
— Судя по всему.
Но почему кажется, что Лильен всю жизнь ошибалась в оценке Реико?
Вечер продолжился, но после устроенного кардиналом представления все провокации и уколы уже не воспринимались таковыми. Я вполне успешно общалась, старалась везде сообщить об изменениях в завещании, заверить всех в своей полной свободе и вещала из каждого угла о том, как счастлива в браке. Надеюсь, Аргос будет доволен и ослабит контроль над моей жизнью. А то я скоро отчаюсь и выпрыгну в окно в обнимку с артефактом левитации.
Вечер невероятно вымотал. К своим покоям я шла босиком, с сапожками в руках. Аргос сопровождал меня, но задумчиво молчал. Наверняка его атаковали активнее, чем меня. Охрана отставала на несколько шагов и старалась не отсвечивать, что полностью устраивало нас обоих.
— Ну, спокойной ночи? — предположила я, когда остановилась у двери в свои покои.
