Позади меня зазвучала уже знакомая песня. То, взлетая вверх, то падая камнем вниз, она звенела, переливалась и стелилась в воздухе подобно лиловому дыму, что, огибая меня, устремил свои щупальца в сторону нечисти. Арахниды, словно почуяв неладное попытались ретироваться, но, запутавшись в лапах друг друга, неотвратимо встретились с подчиняющим заклятьем. Их гроздья из глаз потускнели, утратив любой намёк на свободу воли, а паучьи тела стали раскачиваться в Такт убаюкивающей мелодии. Больше их можно было не опасаться.
Прекрасно зная, кого я обнаружу за спиной, всё равно резко обернулся, чтобы увидеть картину, которую мне и так никогда не забыть. Адри, окутанная маревом из магии, походила на неземное создание — укороченные пряди чёрных волос медленно парили в воздухе так, будто бы находились под водой, её кожа сияла внутренним светом, делая молодую женщину ещё прекраснее, а лиловые глаза последней леди Аджарди горели внутренним пламенем. И сейчас они удивлённо взирали на меня.
Чему она так поражена, что едва не сбилась на полуслове? Ах, да, ведь она впервые видит меня
Сила не успела схлынуть до конца, придавая моему лицу и телу хищные черты, а так же превращая чёрные радужки в алые, словно кровь всполохи магии Зверя. Должно быть — пугающее зрелище.
Тогда, почему в манящих глазах нет страха, а только… интерес?
Услышав о прорыве я, поначалу, впала в ступор. Как они тут оказались? Мне же говорили, что пласт породы, на котором стоит этот утёс, такой прочный, что арахнидам он не по зубам. Тогда, почему им это удалось? А ещё,.. зачем экономка пытается выпроводить меня — Райша буквально волокла за собой, следуя к выходу из поместья.
В крохотном холле главного дома уже толпились люди. В основном женщины и всего трое детей, которых до этого видеть мне не доводилось. Похоже, все стекались сюда из своих жилищ, используя каменные коридоры в скале. Причину тому озвучила экономка:
— Все сейчас соберутся у портальной арки и тогда мы экстренно её активируем. В распоряжениях нового хозяина чётко прописано сделать это, если вашей жизни будет угрожать опасность. На этот же случай арка деактивирует ваш браслет и сообщит об этом хозяину. Жители всё знают и надеются, что вы позволите им пройти с вами.
— Конечно, позволю, — само собой согласилась я, но потом опомнилась.
В побеге ведь нет нужды. Вот только никто кроме Даньяна об этом не знает: лишь он в курсе моих сил и того, что для меня подобный поворот событий скорее благо. Лишь бы никто серьёзно не пострадал, а с нечистью разобраться мне не составит труда.
Наконец собравшись с мыслями, я встала как вкопанная, заставляя не только Райшу резко остановиться, но и врезаться в мою спину спешившего за нами Ларсэла. Артефактор так перепугался, что без задней мысли подхватил мирно спящую у моих ног К
Кора, кстати, оставалась безучастна к общей панике и только сонно хлопала глазами. Подобный страх людишек перед “букашками” она не могла понять, о чём и сообщила мне по мысленной связи. После такого я лишний раз убедилась в силе этого создания. Раз арахниды для неё букашки, то и людей она сможет защитить, не прибегая к более внушительной и явно пугающей форме. Потому попросив К
Мантикора нехотя согласилась побыть нянькой и устранить любого арахнида, что доберётся сюда. К
На мне не лежало печати молчания, я не давала никаких обетов главе рода, но всё равно решение раскрыть себя оказалось одним из самых тяжёлых. Честно говоря, будь у меня хоть малейший шанс не делать этого, то я ухватилась бы за него. Мои предки за Чертой будут не просто разочарованы. Уверена, когда мы встретимся на той стороне, они заставят меня до скончания веков сожалеть о подобном предательстве. Однако решение принято. Никакая кара не пугает меня сильнее чем то, что грядёт в Илруне. Нет, скорее во всём мире.
Лиама нужно остановить и устранить. Если всё оставить как есть, я уверена, никто не будет знать покоя.
— Райша, — обратилась я к экономке, не повышая голоса и сохраняя спокойствие. — Нам не нужно куда-то бежать.
— Но, госпожа…., — недоумённо начала женщина, всё так же источая страх каждой клеточкой пусть старого, но ещё полного жизни тела. На что я успокаивающе ей улыбнулась и произнесла:
