— Звериная часть ответила бы «да», — наконец, произнес он. — И я очень хотел сначала попытаться...
Мой взгляд дрогнул.
— Но теперь считаешь, что не стоит, — с усилием выдавила я.
— Я сделаю все, чтобы тебе помочь. Но ты мне ничего не должна.
— Почему? — подняла я на него взгляд. — Почему ты не хочешь дать мне шанс? «Нам», как ты говорил.
— Я безнадежен.
— И как ты диагностировал это у себя? — Я скрестила руки на груди, взглянув на него с вызовом. Верес помрачнел, но я не собиралась давать ему спуска. — Договаривай, Бесовецкий. Кто для меня надежнее? Нарисуй мне его портрет, чтобы я не вляпалась в очередного Славу. А, может, ты мне поможешь кастинг провести?
Ох, как он взбесился внутри, оставаясь холодным снаружи. Но я же видела его глаза. Янтарь в них потемнел до цвета кровавого заката.
— Да ты заяц по натуре, а не лис, Бесовецкий! — задышала я чаще. — Ну чего ты так боишься? Или не хочешь меня? Я тебе не нравлюсь? Не подхожу?
Он медленно поднялся, усмехаясь:
— Ты провоцируешь. Но я ведусь на провокацию.
И он потянул с себя футболку, а я не смогла отвести взгляд от его совершенного тела. И дело было не в идеальном рельефе его мышц, а, скорее, в том, что они скрывали — ранимый, но несломленный дух Бесовецкого.
— Кажется, ты планируешь привести какой-то аргумент? — вздернула я бровь и тяжело сглотнула, когда он потянул джинсы с бедер.
Нет, он не красовался. Наверное, и тело свое считал чем-то обыденным и совсем не тем, чем стоит хвастаться. Эти его толстовки…
— Я хочу заняться твоими гипотезами, — хрипло постановил он, нависая надо мной, и стянул с меня плед.
— И зачем это мне? — прошептала в его губы, когда он приблизился к моему лицу. — Мне нужен ты. И я этого так не оставлю, понял?
Он показался мне прежним. По крайней мере, когда он обхватил мое лицо жесткими пальцами и всмотрелся в глаза, я почувствовала знакомый вызов. Ему отчаянно хотелось принять мою решимость за него бороться.
Ну как я могла его отпустить?
А как он собирается отпустить меня?
Я прикусила его пальцы, когда он коснулся моих губ, и он просунул их мне в рот. Его взгляд потемнел до черноты, когда я обхватила его большой палец губами. В его груди задрожало влажное предвкушающее рычание, и я прикрыла глаза, отдаваясь порыву.
Смогу ли я его удержать?
Приручить?
Обещать ему безопасность и поддержку, в которой он нуждается?
Сможет ли он со мной спать, а не бегать ночь напролет по лесу в ожидании рассвета?
Я хочу попробовать.
Я хочу его. Потому что он — моя тихая гавань, моя безопасность и надежда на исцеление.
Нет, я смогу и без него. Даже не так — мне без него было бы проще, привычней. Забиться в темную щель прежней жизни до Славы и зализывать душевные раны до уродливых рубцов. Но я так не хочу.
Я хочу с ним. Хочу чувствовать его сильные руки, напор его тела и сжигающее желание.… не то одержимое и искореженное уродством, которое испытывал ко мне Слава, а настоящее — то, которое отдает, ничего не требуя взамен, а не забирает или торгуется.
С Вересом легко было потерять голову. Мне больше не нужно контролировать все каждую секунду. Я знала, что могу довериться. И это заставляло отдаваться со всей искренностью и безумием. Он этого стоил, заслуживал как никто другой. Ведь с ним мне ничего не будет за слабость, никто больше не использует её против меня. Это он — зверь где-то в другой реальности? О, нет! Зверь — это мой муж!
— Мне никогда ещё не было так хорошо, слышишь? — жарко шептала я Вересу на ухо.
Губы жгло и саднило от его укусов и жесткой короткой щетины, царапавшей кожу. Мне нравилось его дразнить и расплачиваться за дерзость, захлебываясь криком…
Когда мы пришли в себя, кусочек неба за окном подернулся дождливой мутью.
— А где Питер? — прошептала я.
— Охраняет дом, — рассеяно отозвался Верес.
Я приподнялась на локте и уставилась на его профиль. По телу перекатывалась приятная слабость, и стало клонить в сон. Я вздохнула и растянулась на диване, а Верес решительно поднялся и сел:
— Приготовлю поесть…
— А по-моему ты сбегаешь…
Он обернулся:
— Ты получила ответы на свои вопросы?
— Я не спрашивала, сколько оргазмов я смогу выдержать за один раз, — улыбнулась я.
Он усмехнулся, качая головой:
— Ты посчитала.
— Да, — сияла я. — Верес, мне так хорошо…
Я сделала глубокий вдох, жмурясь, а когда открыла глаза, встретилась с его взглядом. И, хотя он улыбался, взгляд его не понравился.
— Я не отпущу тебя, — напомнила я. — Не так просто, как тебе бы хотелось.
Показалось, что ему понравились мои слова.
— Ладно, — покладисто согласился он.
— Ладно? — насторожилась я.
— Ладно. Я разделю с тобой ответственность, которую придется нести мне. И то, что ты собираешься на себя взвалить, я тоже разделю. И посмотрим.
— Идет. Посмотрим, да, — согласно кивнула я, не веря в то, что он согласен.
Верес снова обворожительно улыбнулся:
— Ну так ты готова есть, и я могу просто приготовить тебе обед, не сбегая?
— Да, — вздохнула я, усаживаясь.
— И ещё ты просила вот это, — и он выудил из серванта коробку с таблеткой для экстренной контрацепции.
— Мы немного опоздали с этим, — взяла я из его рук пачку.
