Какое ему вообще до меня было дело?
– Вы подрываете рабочий процесс, – он пожал плечами, словно в его запрете не было ничего нелогичного.
Ах так, значит? Ну ладно.
– Хорошо, буду флиртовать с ним в нерабочие часы.
Не то, чтобы я и правда собиралась, но меня возмущало, что посторонние люди указывают, как мне жить и что делать. Сразу хотелось сделать назло!
Знаю, что это глупый бунт, но я сама решу, что мне делать!
Губы Волкова сжались в тонкую нить, глаза опасно сверкнули, но он ничего не сказал. Правильно, ведь говорить тут было нечего. Я была права!
– Подвезти вас домой? – спросил он спустя несколько секунд молчания.
– Я сама доберусь, спасибо, – ответила я холодно.
Ещё чего! А если он меня и в машине отчитывать за недостойное поведение начнёт?
Лучше бы инвестора своего приструнил, чем на меня накидываться с необоснованными обвинениями.
Волков вздохнул, подошёл к двери автомобиля, открыл её и выжидательно посмотрел на меня.
Что будет, если я откажусь и теперь? Он станет настаивать? Опять моё мнение ни во что не ставилось!
Я поджала губы и сложила руки на груди, мрачно глядя на него.
– Уже поздно. Не тратьте моё время, – попросил он ровно.
Я скрипнула зубами и села в машину.
– Вам вовсе необязательно это делать, – сказала, когда он собирался закрыть дверь.
– Я знаю.
С этими словами дверь за мной захлопнулась, а сам Волков обошёл автомобиль и сел на водительское место.
Ехали мы в напряжении. Ни шевельнуться, ни вдохнуть нормально. Молчание давило настолько, что спустя пару минут я всё же не выдержала и спросила:
– Почему вы злитесь?
Видно же было, что он не в духе.
Волков промолчал, не удостоив меня и взгляда.
Но мне молчать было страшнее, чем болтать, поэтому я дотошно уточнила:
– Из-за Владислава?
Марк метнул на меня взгляд и не ответил вновь.
– Я с ним не флиртовала, – сочла я своим долгом сообщить, откинувшись на спинку кресла, сложив руки на груди и отвернувшись к окну. – Чтобы вы знали, я пыталась от него отделаться.
Тишина. И какое-то опасное от аж подобравшегося мужчины:
– Он к вам пристаёт?
Настал мой черёд молчать.
Не потому, что я такая кокетка. Просто правда не знала, что ответить.
Прямо Владислав не приставал, но нервировал. Но он важен для фирмы, так что могу ли я жаловаться на него своему боссу?
К тому же… не знаю. Мне было как будто стыдно. Стыдно жаловаться мужчине на внимание другого мужчины.
– Диана, – позвал он чуть мягче.
– Нет, – я покачала головой, – не пристаёт.
Это было правдой, но не до конца. И Волков, конечно, это почувствовал.
– Досаждает? – спросил с нажимом.
Я вновь закусила губу.
– Если вам неприятно его общество, то я могу уладить этот вопрос, – сказал он серьёзно.
– Зачем? – спросила я удивлённо. – Разве работа для вас – не самое главное?
– Самое, – он повернул на другую улицу и мельком взглянул на меня. – Но работа – это прежде всего люди. Я долго собирал свою команду, Диана Романовна. И я хочу, чтобы у меня в коллективе царила хорошая атмосфера. Чтобы все сотрудники любили свою работу. А разве можно её любить, когда что-то не устраивает?
– Но невозможно же обеспечить защиту всех ваших людей от каждого такого “Владислава”, – возразила я.
– И всё же я стараюсь, – просто ответил он. – Мои люди – моя ответственность.
Без всяких сомнений, это было благородно с его стороны. Наверное, раньше я слишком резко судила о нём, как о руководителе.
Он хотел уволить меня, когда подумал, что я не справилась. Но он делал это не из-за личной неприязни. Ему по-настоящему была дорога атмосфера в его компании.
А я оказалась как будто лишней. Кто-то подставил меня, это факт. Интересно, Волков узнал, кто это был?
Наверное, он бы сказал мне.
И думаю, даже уволил бы с позором.
Значит, не нашёл. Или наоборот, пока не уверен в вине этого человека на все сто, поэтому не порол горячку, как в моём случае, и искал прямые доказательства.
Он обещал мне, что впредь будет принимать решения только после того, как полностью изучит проблему.
Если это на самом деле было так, то как руководитель он только поднимался в моих глазах.
Да и как мужчина.
Уметь признавать свои ошибки – важное качество для любого человека. Особенно, если ты – уверенный в себе и своих решениях мужчина.
Признавать ошибки могут только сильные люди.
– Я благодарна вам за поддержку, – начала я с лёгкой улыбкой, – но уверяю, что могу справиться с Владиславом сама. Не в моих привычках бежать от проблем, Марк Викторович.
– Это я уже заметил, – он усмехнулся.
Напряжение в салоне начало пропадать.
– Вы позитивно мыслите, Диана, – сказал он с улыбкой, – редкость в наши дни. А ещё вы умеете прощать. Далеко пойдёте.
Я не осталась в долгу:
– А вы – не боитесь признать свою вину. Вы восхищаете меня этим.
– Я вас восхищаю? – тут же переиначил он с довольной хитрой улыбкой.
Такая больше пошла бы вредному мальчишке, а не солидному директору. Но я не возража. Даже наоборот. Было в этом что-то такое тёплое, дружеское, доверительное.
– Как профессионал, – я с улыбкой внесла ясность.
– Я на иное и не рассчитывал, – хохотнул он.
Я тоже тихонько рассмеялась.
