одно из условий нашего с Адамом соглашения, и ещё есть одна оговорка — никаких
уловок.
Я без понятия, что происходит в её жизни. Она счастлива? Смогла ли справиться с
тем, как жестоко я с ней поступил? У неё есть кто-то другой сейчас? О, Боже, я никогда не
задумывался о возможности этого. Черт возьми, я не могу думать об этом, это разрывает
меня на куски. Да, я не хочу, чтобы она была несчастна, но я просто не могу смириться с
перспективой того, что она двинулась дальше.
«Ты моя. Ты понимаешь?» — слова, которые я сказал ей однажды, которые до сих
пор остаются правдой, но я не знаю, как она и что сейчас происходит в её жизни.
74
Я не могу сейчас узнать хоть что-то об Уилле, пока не разберусь со всем этим
мафиозным дерьмом.
Даже не представляю, что бы она подумала, если бы увидела меня сейчас. Я
практически снова стал тем, кем когда-то был, — парень, который никогда бы не смог
стать достойным её. Я не трахаю каждую ночь новых девчонок, но вливаю в себя столько
алкоголя, лишь бы забыть об одиночестве. Я выгляжу старше и изможденнее с каждым
днем.
— Следующий! — кричу я, зазывая следующих двух соперников выйти на ринг и
выбить друг из друга дерьмо. Единственное правило в этом месте заключается в том, что я
не могу остановить поединок слишком рано, но мне следует прекратить его раньше, чем
кто-нибудь сдохнет. Я благодарен этому, потому что мне хватит тех смертей, что я видел,
на всю оставшуюся жизнь
Отношения с Адамом сейчас стабильны. Я все еще ненавижу этого говнюка, но
благодарен за тот факт, что он помог мне избежать тюрьмы. Сейчас у меня есть время
сделать шаг назад и подумать, что он имел в виду, когда предлагал это и говорил, что
делает это из наилучших побуждений, даже если это таким и не казалось тогда.
Проходит время. Я вижу взлетающие кулаки и брызги крови повсюду, но это уже не
будоражит меня. Вначале я еще пытался присоединиться и тоже участвовать в боях, но
сейчас не вижу смысла. Я просто делаю то, что должен. Ни больше, ни меньше.
— Тсс, — я слышу знакомый, раздраженный голос позади меня.
— Да, Монти? — отвечаю я, повернувшись к нему.
Он один из моих старых приятелей-байкеров взял на себя обязанности букмекера дна
боях —ролью, которой он по-настоящему наслаждается.
— Будешь на кого-то ставить этой ночью? — спрашивает он, переступая с ноги на
ногу.
— Ага, я думаю, да, — бурчу я, бросая ему двадцатку. — На парня в черной рубашке.
Ставки на бои — это не совсем то, о чем я договаривался с Адамом, но это мой
основной доход сейчас. Очевидно, потому, что я выплачиваю свой долг. Я не получаю
денег за то, что делаю, но я же должен как-то добывать деньги.
Это может быть незаконно, но опять же, все это дерьмо вокруг меня тоже незаконно.
— Как ты, Декс? — спрашивает Монти, подмечая мое плохое настроение. Возможно,
он мой друг только по той причине, что я нужен ему для бизнеса, но, черт возьми, мне
нужен кто-то, на кого я могу положиться.
— Да, чувак, я просто сыт по горло этим дерьмом.
— Тогда почему ты продолжаешь заниматься этим? — спрашивает он, очевидно, не
желая, чтобы я оставил этот образ жизни. Если я уйду, кто же поможет ему «делать» его
легкие денежки. Для отбросов общества вроде нас это лучшее, на что мы можем надеяться
в нашем суровом и горьком положении.
Я отвечаю ему уклончиво.
— Сам себе задаю этот вопрос каждый день.
— Я вернусь с твоим выигрышем, — он ухмыляется и убегает, заметив очередного
потенциального клиента. Бизнес — прежде всего.
Наконец-то в шесть утра я заканчиваю и могу оправиться в свою дерьмовую
квартиру. Сначала я не мог позволить себе ничего лучше этой дрянной дыры, сейчас
возможностей больше, но это меня уже перестало беспокоить.
Я прохожу через дверь и вижу знакомые желтые стены и грязный бежевый ковер,
которые приветствуют меня.
— Дом, милый дом, — цежу я язвительно.
Я беру мой старый паршивый мобильник, вижу три пропущенных звонка от Адама,
быстро набираю его снова, знаю, что если не сделаю этого, он даст мне дерьмовое задание
в качестве наказания.
— Привет, Декстер, — говорит он, придерживаясь профессионального тона.
75
— Да? — отвечаю я, не выказывая ему той же любезности.
— Наконец-то, — говорит он иронично.
Я молчу. Мне надоела эта рутина, но Адам настаивает. Я бы предпочел, чтобы он
просто перешел уже ближе к делу.
— Как продвигается бизнес? — спрашивает он, меняя тему.
— Дела идут в гору.
Я ненавижу, когда он называет бои на ринге — бизнесом. Это незаконная херня, но
меня это не касается.
— У тебя есть деньги для меня?
— Да, я занесу их чуть позже сегодня.
— Много желающих драться?
Мужчины платят, чтобы попасть на ринг, поэтому этот вопрос интересует его больше
всего.
— Тридцать четыре.
— Много… происшествий?
— Ничего, с чем бы я не смог справиться.
— Отлично, просто отлично.
— Адам, сейчас я вешаю трубку, у меня еще дела. Увидимся после полудня.
Я быстро нажимаю красную кнопку «завершение вызова». Не хочу тратить на
разговоры о ерунде больше времени, чем необходимо.
