Снаружи был свет. Она ощущала его сквозь закрытые веки, которые казались такими слипшимися и тяжелыми, что потребовалось бы колоссальное усилие, чтобы их просто поднять. Она чувствовала, что не способна на это, но знала: дневной свет где-то есть.
Потом. Она разберется позднее. А пока вновь погрузилась в темноту. За закрытыми веками нарастающая головная боль грозила громом и молниями. Господи Боже! Что же это такое? Она боролась, сопротивлялась, старалась не потерять сознание, даже если не могла открыть глаза. Поняла, что находится не дома. Попыталась определить, на чем лежит. Решила, что на диване: нащупала пальцами грубую ткань, что-то вроде джута, пеньки или мешковины. Раньше она здесь никогда не бывала. В комнате возникло движение, разнесся аромат кофе и — Господи, нет! — туалетной воды Эфирда. Страх помог ей открыть глаза. Лившийся в окна дневной свет резанул по зрачкам, взорвался на сетчатке, полыхнул пожаром в глазах. Она вздрогнула, поежилась, поморщилась и заставила себя вновь поднять веки. Получилось не лучше, но хотя бы удалось удержать глаза открытыми.
Он стоял в трусах около электрокофеварки и наливал напиток в кружку. Поднял, предлагая ей. Она кивнула: да-да, спасибо. Попыталась сесть, однако тело оказалось неготовым подчиняться командам. Почти беспомощная, она осталась лежать. И это не похмелье. Придется сдаться. Подчиниться ситуации. И вскоре она сумеет подняться. Ей удалось посмотреть на себя. Боже! Она лежала в одной майке и трусиках. Эфирд тоже в нижнем белье. Ее джинсы валялись на полу, измазаны чем-то черным. От них воняло нефтью. Скорее спросить и покончить со всем. А затем можно по-настоящему себя презирать.
— Эфирд, — прошептала она.
— Ну, как ощущения?
— Расскажи. Я ничего не помню.
— Твой кофе. Молоко? Сахар?
— И того и другого. Побольше. — Ей казалось, голова вот-вот скатится с плеч и расплавится на полу. — Что, черт возьми, со мной приключилось?
— Не знаю.
— Мы у тебя дома?
Он подал ей кофе и помог сесть. Дайана дрожала, внутри все сотрясалось. Она дотронулась до лба.
— Может, простудилась, заболела? — произнес Эфирд.
— Что было в «Маргаритах»?
— Ничего особенного. Мы выпили по две порции, и все. Черт побери, ты не умеешь пить?
— Что бы там ни было, это не от текилы. — Стараясь собраться с мыслями, Дайана огляделась. — Мы у тебя дома?
— А где же еще?
— Очень чисто.
— А тебе не приходило в голову, что я аккуратный человек?
Ей наконец удалось сосредоточиться.
— Может, я брежу?
Комната была безукоризненно чистой и обставленной по «мотивам Запада». Разумеется, если в том, чем владел Эфирд, просматривался хоть какой-нибудь мотив. Диван, на котором сейчас сидела, а до этого беспомощно распласталась Дайана, деревянный, обитым джутом. На деревянном полу мексиканский коврик, на стене одеяло. На скромной каминной полке над небольшим очагом стояла пара свечей. И стеллаж. С настоящими книгами. Даже в твердых обложках. Дайана никогда бы не подумала, что Эфирд — любитель чтения. Но она никакие могла прочитать названия. Дайана закрыла глаза и вздохнула. Больше всего ее поразил царивший в доме порядок. Вещи не валялись как попало, все на своих местах. Она посмотрела в сторону коридора и ванной комнаты. Эфирд перехватил ее взгляд.
— Это случилось не здесь. Я переехал из того дома.
Дайана виновато вздохнула, раскаиваясь, что проявила любопытство.
— Что произошло?
— Она заперлась в ванной комнате и вышибла свои чертовы мозги. — Эфирд говорил таким тоном, словно рассказывал о лопнувшей по дороге на работу шине.
— Я хотела спросить о вчерашнем вечере, — уточнила Дайана. — Что случилось со мной?
— Не знаю. Ты просто вырубилась. Я вынес тебя на улицу, решив, что свежий воздух поможет. Но ты потеряла сознание. Я уже собрался везти тебя в больницу.
— Я не об этом. Что произошло здесь? Между нами?
Он удивленно, даже обиженно поморщился:
— За кого ты меня принимаешь? Я никогда бы не позволил себе. — Эфирд сел рядом с ней. — И потом, я нисколько не сомневался — тронь тебя, ты мне потом выдашь по полной. — Он улыбнулся и сделал глоток кофе. Его волосы торчали в разные стороны.
Дайана вспомнила о Ренфро. Плохо. Если до него дойдет…
— Ощущение, словно меня накачали наркотиками, — пробормотала она.
— Я бы тоже так решил, если бы не был с тобой. Похоже на какую-то сногсшибательную «дурь». Только минуту назад ты была абсолютно нормальной. Вдруг — бац! И привет. Я еще подумал, если бы ты могла говорить, я бы вызнал все твои секреты. — Эфирд рассмеялся.
Дайана слабо улыбнулась.
— Ты в порядке? — Его голос доносился будто из тумана.
Она заставила себя кивнуть.
— Я отвезу тебя домой, — предложил детектив. — А твою машину переправим позднее.
Дайана с трудом натянула на себя одежду и поплелась за ним на стоянку. Эфирд помог ей влезть в автомобиль. Дайана будто издалека услышала, как он заводит мотор.
